Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Модерн деревянный

В завершение серии «отпускных» тематических постов несколько слов о здании действительно уникальном. Дерево в модерне конечно использовалось довольно активно. Но в основном для отделки или для «дачного строительства». Солидный городской особняк из дерева - большая редкость. Заказчиком этого необычного проекта был известный текстильный фабрикант, выходец из именитого старообрядческого семейства - Василий Дмитриевич Носов. Обширный участок земли рядом с собственной фабрикой он приобрёл ещё в 70-х годах позапрошлого столетия, разместил здесь большой сад и построил довольно внушительный семейный дом. Но дом этот, любовно отделанный для большого семейства, счастья Василию Дмитриевичу не принёс. Довольно рано скончалась его обожаемая супруга и Носов остался один с семью детьми на руках. Новую супругу он искать не стал… В 1902-м единственный сын Носова - Василий женился на дочери знаменитого фабриканта-старообрядца Павла Михайловича Рябушинского - Ефимий Павловне. Молодые поселились в стар

В завершение серии «отпускных» тематических постов несколько слов о здании действительно уникальном. Дерево в модерне конечно использовалось довольно активно. Но в основном для отделки или для «дачного строительства». Солидный городской особняк из дерева - большая редкость.

Заказчиком этого необычного проекта был известный текстильный фабрикант, выходец из именитого старообрядческого семейства - Василий Дмитриевич Носов. Обширный участок земли рядом с собственной фабрикой он приобрёл ещё в 70-х годах позапрошлого столетия, разместил здесь большой сад и построил довольно внушительный семейный дом. Но дом этот, любовно отделанный для большого семейства, счастья Василию Дмитриевичу не принёс. Довольно рано скончалась его обожаемая супруга и Носов остался один с семью детьми на руках. Новую супругу он искать не стал…

В 1902-м единственный сын Носова - Василий женился на дочери знаменитого фабриканта-старообрядца Павла Михайловича Рябушинского - Ефимий Павловне. Молодые поселились в старом особняке. Сейчас трудно сказать как на самом деле складывались отношения Василия Дмитриевича с молодым семейством, но в конечном итоге он решил разделить обширный сад и построить для себя новый дом…

Проект был заказан известному и популярному в Московской купеческой среде архитектору - Льву Николаевичу Кекушеву. Первоначальных пожеланий заказчика думаю было два. Дом должен был быть деревянным и непременно похожим на «картинку», которую Василий Дмитриевич увидел в американском журнале. Впрочем для Льва Николаевича подобные пожелания - «как на картинке» - были не в новинку и проект он сделал достаточно быстро. Но как только началась стройка…

-2
-3

Первоначальный проект не очень вписывался в сложный местный рельеф и его пришлось «адаптировать» к территории. Кроме того Кекушев оставался Кекушевым и уже по ходу строительства стал вносить в проект свои излюбленные новации играя «объемами и формами» доказывая заказчику, что все это «в современном американском вкусе». Сам Василий Дмитриевич посвятил новому строительству все свободное время, вникая буквально в каждую мелочь планировки, отделки, технического оснащения… Подбирая дерево для отделки - непременно дуб. Майолику для каминов - непременно абрамцевская…

-4
-5
-6

В декабре 1903-го стройка была завершена. Результат произвёл большое впечатление на публику и наверное дал серьёзный повод для перестройки молодой семьей старого особняка. Но это конечно совсем другая тема…

-7
-8
-9
-10

Василий Дмитриевич жил в собственном доме, «соавторством» которого по праву гордился, вплоть до 1918-го занимая весь первый этаж (второй первоначально был предназначен для дочерей). В 1918-м Носовых выселили и ещё через два года Василий Дмитриевич скончался. К сожалению не там где хотел… Ему было 72 года.

Потом особняк много раз менял «хозяев» и «профиль». Естественно первоначальных интерьеров в доме не сохранилось. Но что интересно. Дубовая отделка и каминная майолика устояли до наших дней. Впрочем не подвластным времени оказался и ещё один «фактор». Когда строили дом, то промежутки между брёвнами прокладывали сукном с носовской фабрики. Сукно это очень «пришлось по душе»… моли, которая стала тут настоящим бедствием. И бедствие это не могут победить до сей поры…

Такая вот история.