Термин психическая или «психологическая травма» в последнее время стал очень распространенным, даже в популярной литературе и в бытовых обсуждениях, но, как это часто бывает в психологии, чем чаще какое-то слово употребляется, тем труднее понять его смысл. Попробуем разобраться с тем, что скрывается за этим «модным термином».
Метафорическое сходство с телесной травмой
В общем-то представление о психической травме является метафорическим заимствованием из медицины. Нам более-менее понятно, что имеется в виду, когда говорят, что человек получил травму ноги, или из-за сильного переохлаждения пострадали его внутренние органы. Но что же оказывается поврежденным, когда человек претерпевает психологическую травму?
Травма может нарушить какую-то целостность, нарушить обычное протекание каких-то процессов в организме, травма может привести к нарушению функционирования каких-то систем организма. И если мы пользуемся такой метафорой, то стоит подумать о том, какую целостность и какие процессы разрушают психические травмы?
Нарушение структуры сознания и нарушение процесса фокусирования сознания на жизненно важных для человека ситуациях.
Та целостность, которую относят к сфере психического, состоит не только из психики. К сфере психического еще относят и сознание человека. Существует много определений того, чем является сознание, но в контексте обсуждения проблемы психической травмы, мы остановимся только на одном важном его свойстве. Наше сознание позволяет нам фокусировать наше внимание на вполне определённых ситуациях, событиях, смыслах, темах, процессах, которые очень важны для нашего нормального функционирования в социуме, а также для адекватного и эффективного взаимодействия с другими людьми.
Грубо говоря, наше сознание настраивается таким образом, что мы видим и замечаем только то, что нам важно, на том, что значимо для нас, а все не особенно важное и второстепенное как бы уходит на второй план и не отвлекает нас от того, что нам необходимо.
Полученная человеком психическая травма разрушает как раз эту способность сознания фокусировать наше внимание на том, что позволяет нам пребывать в нормальных взаимоотношениях с людьми, на том, что позволяет нам двигаться в сторону того, что приносит нам радость и удовлетворения от нашей активности.
Например, если человек подвергся нападению на улице, то пережив этот стресс и шок, он невольно начинает искать среди прохожих тех, кто может снова на него напасть. Бывают случаи, когда ожидающие повторного нападения люди не замечают среди встречных своих знакомых.
Девушка может не замечать симпатичных молодых людей, пробующих проявлять к ней знаки внимания, так как в это время она внутренне сжиматься при виде каких-то «стремных личностей», чем-то отдаленно похожих на тех, кто на нее когда-то нападал. Молодой человек может периодически начинать сжимать руки в кулак и его мозг погружается в смесь сильных эмоций – страха, ярости, стыда и тоски, когда ему кажется, что один из встречных похож на того, кто его когда-то побил.
Иногда психические травмы приводят к системным нарушениям в настройках сознания. Так человек может замечать в мире только негативные события, а в отношение себя видеть только проявление хамства и агрессии или безразличия и игнора, не замечая, что многие люди хотели бы с ним пообщаться, и не замечая доброго к себе отношения.
Структура нашего сознаний и логика фокусирования нашего внимания таковы, что мы замечаем в мире именно то, на что настроены. Психическая травма может приводить появлению «слепых зон», когда человек не замечает того, что ему страшно или неприятно видеть.
Она может приводить к измененным состояниям сознания, вплоть до бытовых трасов, когда у человека начинаются головные боли и помутнение сознания, как только речь заходит о том, что может принести ему боль. В некоторых случаях эти бытовые трансы выражаются не в болезненных состояниях, а наоборот – в не очень оправданном ажиотаже, неестественной весёлости, или в экзальтированном проявлении чувств.
Нарушение в структуре личности
Личность – это очень сложное и емкое понятие, поэтому чтобы не утонуть во всех связанных с ним смыслах и контекстах, я сконцентрирую ваше внимание лишь на одном прагматическом аспекте личности. Я буду говорить о личности как о особом наборе навыков и способностей, которые человек освоил в течение своей жизни. То есть личность человека определяет то, что он умеет и как он проявляет свои умения и способности. То есть речь идет: о стиле его мышления, стиле и навыках коммуникации, о стиле его поведения и стиле проявления других активностей.
Последствия перенесения психических травм обычно бывают заметны и на личности человека. Так, например, родители всегда грубо прерывали и даже наказывали ребёнка, когда тот пытался что-то сказать в тем моменты, когда взрослые вели свои важные разговоры. В итоге может получится, что этот ребенок станет бояться вообще высказывать свои мысли, ему было легче промолчать, чем рисковать нарваться на грубое прерывание его попыток что-то сформулировать. В итоге у человека оказываются не развиты нужным образом очень важные коммуникативные навыки, он не может так и не научиться высказывать в беседе с другими людьми свои мысли и отстаивать свою позицию.
В некоторых случаях травмы нарушают очень комплексную систему способностей и навыков. Например, девушка, будучи ребенком, пострадала от грубости отчима или отца, а иногда и старшего брата, в итоге у нее сформировалась защитная реакция по избеганию мужчин, что в свою очередь привело к тому, что она просто не умеет общаться с мужчинами. Она не умеет флиртовать и как-то реагировать на проявление внимания мужчин в своей адрес, она их может просто не замечать, а заметив, неадекватно на них реагирует. Она может не чувствовать и не понимать своей женственности и поэтому, не понимать, почему мужчины «как-то странно на нее реагируют».
Некоторые люди всю жизнь не любят читать и не умеют читать вслух по причине того, что в начальной школе на них наорала учитель, за то, что они медленно и невыразительно зачитывают указанный им отрывок из книги.
Частые конфликты между родителями часто приводят к тому, что у ребенка формируется «вынужденная интровертивность». Испытывая страх перед социальным окружением, он как бы погружается в свой внутренний мир. Суровая социальная действительность может загнать в глубины своей психики даже самых ярко выраженных от природы экстравертов. Все это может привести к тому, что у человека не формируются и не развиваются не только навыки общения и коммуникации, но и некоторые интеллектуальные навыки, например, социальная рефлексия, и рефлексия межличностных отношений.
Отражение травмы непосредственно на психике человека
Психика человека окалывается наполненной различными впечатлениями, воспоминаниями, мыслями образами – все это вовлекается в потоки каких-то переживаний, которые могут уносить нас в глубины нашего внутреннего мира, забрасывать на высоты наших фантазий или воображения, или закручивать наши мысли и чувства водоворотом вокруг каких-то значимых для нас событий, как из текущей жизни, так и из воспоминаний прошлого. В душе каждого человека всегда отмечается какая-то внутренняя динамика. Эта динамика обычно как-то влияет на то, что находится в поле нашего сознания, а также на то, с чем в данный момент оперирует наш разум.
Можно сказать, что психические травмы могут жестко искажать эту самую нашу внутреннюю психическую динамику, они как бы создают очаги напряженности в глубинах нашей психики, что получает свои отражения и на уровне сознания, и на оперативной деятельности нашего разума.
Так, например, психическая травма может вызывать всплеск очень сильных эмоций – страх, ярость, стыд, вину, отчаянье, которые образуют тугой сгусток переживаний, образующий вихрь или воронку в потоке обычной психической динамики человека. Переносить все это бывает очень больно и страшно, поэтому весь этот сгусток закрученных в тугую спираль эмоций как бы вытесняется из сферы сознания и топится в глубинах психики. Чтобы удержать его на этих глубинах приходится использовать разные ухищрения, которые иногда называют психологическими защитами.
В психологической защите можно выделить ее сознательную составляющую, то есть то, как она искажает и структурирует сознание человека, а также энергетическую составляющую. На уровне сознания психологические защиты приводят к тому, что страшные и приводящие к боли или болезненным воспоминаниям темы, события и ситуации не попадают в поле нашего внимания. Сознание как бы фокусируется только на чем-то спокойном и безопасном, а пугающие факторы уходят грани восприятия человека.
В некоторых случаях внимание сознания как бы отвлекается от острых и болезненных переживаний каким-то «отвлекающими страхами», то есть теми эмоциями, которые не хотя и неприятны и болезненны для человека, но тем не менее, вполне переносимы. И эти отвлекающие страхи не так ранят самолюбие человека и его «образ себя».
Энергетическая составляющая психологической защиты работает на то, чтобы удерживать подавленные эмоции и агрессию вне поля сознания. На это, иногда не только в метафорическом, но и во вполне физическом смысле, человеку приходится тратить свою энергию и свои жизненные силы.
У нашей психики есть способность к мобилизации наших сил и энергии. Так если мы видим опасность, то нас может захватить либо страх, либо ярость. Страх мобилизует наши силы на бегство, ярость на отражение агрессии. У человека существуют и более сложные способы мобилизации сил и энергии, например, идеологические установки и волевые принципы, или смысловая заряженность. К культуросообразным способам мобилизации психической энергии относится и различные техники мотивации человека.
Для того, чтобы удерживать на подсознательном уровне болезненные клубки переживаний, психика человека может использовать как идеологические установки, так и искусственно сгенерированные чувства и эмоции: страхи, чувство вины или стыда. Испуганная рассказами мамы о том, как страшны и болезненны могут быть роды, девушка вырабатывает в своем сознании целую идеологическую концепцию (или обращается в веру уже готовых концепций), например идеологию чайлдфри (childfree). У некоторых страх перед родами приводит к страху перед сексом, что в свою очередь может привести к неприятию мужчин. При этом девушка может даже не понимать, почему ее так пугают мужчины, и почему они ей так неприятны.
Сгенерированное чувство вины или стыда часто блокирует все активности человека, способные как-то привести его к столкновению с ситуациями, способными напомнить ему о ситуации получения травмы. Вина и стыд – это более «синтетические эмоции», по сравнением со страхом или яростью, но они также как и эти базовые эмоции мобилизуют нашу энергию и наши ресурсы. То есть переживание чувства вины и стыда является очень энергозатратным процессом.
Можно сказать, что сгусток подавленных переживаний и психологические защиты, удерживающие эти «запретные переживания» в подавленном состоянии, формируют собой те самые «психологические комплексы», о которых так часто пишут в психологической литературе. А человек, в психике которого накапливается много таких комплексов, становится как бы «закомплексованным».
Например, один молодой человек испытывал острое чувство вины и стыда, когда какая-то девушка начинала проявлять к нему знаки внимания. Он находил для себя самые разные объяснения этого чувства стыда. Например, начинал думать, что он недостаточно для нее красив, или о том, что он еще ничего не достиг в своей жизни, и поэтому он ей просто не ровня. Если он ловил себя на том, что невольно отлеживает ее взглядом, то вдруг начинал испытывать чувство вины, а в тех ситуациях, когда она встречалась с ним взглядом, он готов был провалиться от стыда и от вины сквозь землю.
Оказалось, что в глубоком детстве этого молодого человека произошла одна «страшная история». В какой-то момент мать поймала его за тем, как он подглядывает за тем, как переодевается понравившаяся ему соседская девочка. Мать тогда на него сильно наорала, от был пристыжен и даже получил пару затрещин. А вечером, когда взрослые собрались за столом, он услышал, как они обсуждают эту историю и громко над ним хохочут.
Он тогда сделал все, чтобы забыть об этом событии. И это у него даже получилось, до позднего подросткового возраста ему удавалось вообще не обращать особого внимания на девочек, но в старших классах и в университете, он вынужден был сгорать от стыда за свою внешность, хотя все говорили ему, что он вполне симпатичный парень. Чувство стыда за свою внешность позволяло ему удерживать за пределами своего сознания то «позорное внимание», которое он когда-то проявил к соседской девочке.
Многие, вспоминая свои студенческие годы, в тот период, когда легко и быстро заводятся контакты, дружбы и влюбленности, отмечают, что по каким-то причинам они находили повод не отвечать на внимание понравившегося им парня, не продолжать отношения с девушкой, которая вроде бы ответила взаимностью на их внимание. Очень многие девушки и молодые люди ссорятся с друг другом из-за каких-то надуманных поводов. Вполне возможно, что все они скрывают в своем подсознании какие-то «страшные тайны».