Не знаю, где застало вас отключение света 5 апреля, а меня на вечернем дежурстве.
Знаете, как это бывает – работаешь-работаешь, поднимаешь голову от клавиатуры и понимаешь, что хочешь есть. Вроде бы не сильно, но существенно. Так, что уже бы по-хорошему пойти на кухню и поискать там еду. Но я решаю написать ещё одну новость.
Новость пишется бодро, я заступила на дежурство в три часа дня и ещё не успела устать. Иду на кухню – еды немного, потому что я только что вернулась из отпуска и не закупилась продуктами. Нахожу консервы с рисом и курицей – после некоторой внутренней борьбы соглашаюсь на них. Но совершаю фатальную ошибку – выкладываю всё на тарелку и решаю подогреть чуть позже.
Когда я наивно полагаю, что всё ещё могу поесть горячей еды, выключается свет. Для меня подобное оборачивается подсвечиванием клавиатуры фонариком телефона. Писать я могу и слепым методом, но глазам так проще в темноте.
В детстве отключение света было приключением. Это означало, что мы достанем фонарики и свечи, всей семьёй соберёмся в одной комнате, будем показывать театр теней и рассказывать истории. Знакомые пути по дому превратятся в неизведанные тропы – идти нужно медленно, прикрывая рукой пламя свечи. Всё вокруг станет таинством. Дежурство без света во взрослом возрасте тоже превратилось в приключение, но другого рода.
Обычно в таких ситуациях я просто раздаю мобильный интернет на ноутбук и продолжаю работать. Здесь же он сразу перестал вывозить. В чате с инфоповодами посыпались сообщения от коллег и репосты от читателей с адресами отключённых домов. Их было очень много. Первую новость пришлось писать и ставить с телефона. Думаю, будь у меня пальцы побольше, попадать в маленькие кнопочки было бы сложнее.
Достать бы свечи и показать театр теней кошке, а я звоню в ЕДДС и «Россети». Моя коллега Кира пришла на помощь и получила комментарий сити-менеджера Читы Александра Сапожникова.
Мобильный интернет умирает, я пытаюсь реанимировать его силой мысли и постоянными перезагрузками. Получаю комментарий «Россетей» и колдую, чтобы он встал в новость.
Свет включают в части моего дома, но не у меня. Выхожу на площадку – подсвечиваю счётчик одним телефоном, другим фотографирую его коллеге. Узнаю, что со щитком всё в порядке, свет действительно пока не у всех жильцов. Грустно вспоминаю про холодный рис.
Звоню, пишу, обновляю. Свет включают в 21.14, и это становится одним из самых счастливых моментов для голодного журналиста.
Мораль сей истории проста – ешьте когда хочется. Кто знает, какая преграда встанет между вами и кухней?
Дарья Кливенкова