Как мы наслышаны таким понятием как искусство. Ух, где только про него не говорят — его всеобъемлющий дух сопровождает практически
любую запланированную беседу друзей, случайный разговор с встречным на улице, маленькие диалоги с родными близкими вне зависимости
от материального и, соответственно, от общественного положения людей. Наверное, в последнее время у всех разговорные темы даже отождествились: о песнях странного Уэста, ожидании нового альбома Оксимирона, о каком-то РНБ-клубе сейчас слышно почти везде, а "God's Plan" Дрейка и вовсе сможет спеть и пятиклассник из Чечни, и московский студент, сын менеджера "Газпрома". Понятно, рэп зачастую всё же является искусством далеко не подлинным, но факт того, что у истеблишмента, в виде чиновников и людей в погонах, и приземлённого народа появляются точки соприкосновения, должен точно радовать: наконец-то у всех нас возникнет общий язык, с которым решать колоссальное количество проблем не только в пределах МКАДА, но и где-нибудь в Красноярской области.
Но так ли всё красочно на самом деле? Может, эти надежды окажутся бессмысленными мечтаниями? А, может, общая культура и до нас не приводила ни к чему хорошему?
Наша история особенно полна наглядных случаев, когда культура действительно становилась общей, а всякие, пусть даже невесомые, проявления индивидуализма и,
в целом, чего-то оригинального чаще всего отождествлялись с настоящими преступлениями. Да, почти все мы, дети двадцать первого века, хоть раз слыхали или на уроках истории, где монотонный, усталый голос учителя рассказывал что-то там про побег Керенского в пижаме, от
вестника дури или малолетнего монархиста-еврея, про первые годы существования одной замечательной страны — Союза Советского. Этой эпохе посвящено целое великое множество произведений, назвать которые вам не составит и труда, но... Каждый автор, как и каждый человек, придерживался однобокой точки зрения: не былот чего-то среднего, какого-нибудь особого красно-белого оттенка, придерживаясь которого возможно было бы спасти свою жизнь в опасной ситуации. Гумилёв был монархистом, а Маяковский — коммунистом, Замятин — против власти, а Горький естественно провластным. Были, конечно, исключения — Бальмонт, например, который старался вовсе не затрагивать политику где-либо, но всё же сейчас мы говорим немного о другом.
Именно тогда, под конец Серебряного века, в Советском Союзе была предпринята попытка создать нечто такое, что оставило бы ещё меньше различий между людьми — общая культура. Хамство, необразованность,
высокая самооценка, вопиющая наглость воспринимались как неотъемлемые признаки уважающего себя бывшего слуги, рабочего. Чего только стоит образ Полиграфа Шарикова из "Собачьего сердца"
Булгакова! Но что же стало с некогда уважаемыми дворянами, купцами, не эмигрировавшими из России? Тут уже чуть труднее, но найти материал возможно - в романе Бориса Пастернака "Доктор Живаго". Помимо великолепных подробных рассуждений героев об искусстве, жизни, любви и о семье, динамичного и затягивающего сюжета в произведении можно увидеть двух интересных персонажей, друзей самого Юрия Живаго: Нику Дудорова и Мишу Гордона. Оба они выросли в одном обществе, при почти одинаковом материальном положении и получили высшее образование: один выучился на филолога, другой — на историка. И, казалось бы, что с такими умными людьми может случиться, после чего они перестают обсуждать искусство, былые времена, дружбу и ставят в центре внимания любой редкой встречи с друзьями политику — вещь разъединяющую людей? Ведь вряд ли одна революция сможет серьёзно поколебать образованного, осознанного человека — тот же Юрий смог пережить и не такое. Можно предположить, что благодаря всем наитяжелейшим жизненным препятствиям главный герой остался человеком, несмотря на сильные и устойчивые вихри пропаганды.
Именно с помощью этого образа мы понимаем всё пагубное влияние общей культуры - с её помощью при отсутствии инакомыслящих людей идея погубить общество становится невероятно простой.
Поэтому, как и любая крайность, общая культура должна существовать, но не в больших количествах.
