- В общем, понятно - резюмировал Перри - вы оба с Лелькой - те еще отморозки, которых штырит с одного. Посчитали. Давай вторую вещь.
- Вторая… - Родионов весь собрался, как перед прыжком в воду и заключил: Я понял, что то, что было между мной и Настей - пустое место. Ни-че-го.
- Ишь ты. То есть к Леле…
Родионов остановился и остановил друга на полуслове.
- То есть я не знаю, что я чувствую к Ле… к Елене Сергеевне. Но, если сравнивать это с тем, что я чувствую к Насте… то… получится, что к Насте я не испытываю ничего. То, что рядом с ЕС - это чет не смешно ни разу, а с Настей… это как… секс с Барби. С пластмассовой, из коробки.
- Ффу… Родионов!
- Я не говорю, что Настя - какая-то ненастоящая, или, что ее невозможно любить. Я говорю, что я ее не люблю.
В голове у Кости вертелось: Как же странно вести такие разговоры и говорить на полном серьезе такие слова: "люблю", "не люблю". Похоже, эта фигня заразна. Типа той фигни, что кошками передается. Токсиплазмоз? Сперва Перри хапнул вируса, а потом, через рукопожатие, передал ему, Родионову. И вот результат: мало того, что в голове только одно вертится, так они даже и вслух подобные вещи подобными словами обсуждают. Засада.
- А я имею в виду это твое жуткое, извращенное сравнение про секс с маленькой, пластмассовой… О, боже! За что я это услышал?! Пойдем в Пятеру зайдем, банан купим, я себе уши прочищу!
- Ну надо же! А кто говорил, что любой секс хорош, лишь бы штырило? Но в магаз зайдем. Мне как раз надо.
Перри скосил глаза на друга, у того на лице появилась легкая и какая-то загадочная улыбка, словно он задумал что-то более приятное и интересное, чем купить себе бичпакет на ужин.
И в магазине Родионов вел себя необычно, пропускал мимо ушей болтовню Перри, подолгу зависал рядом с витринами, тщательно выбирал фрукты, проверял сроки годности, вместо того, чтобы цапнуть с нижней полкило рожков, затариться парой батончиков колбасы по акции, слегка задержаться рядом с пивом и также молниеносно покинуть заведение. Перри даже показалось, что он выбирает среди йогуртов не только самый свежий, но и с самым симпатичным дизайном. Вот он мучительно задумался, держа в одной руке клубничный в другой киви, и наконец с облегчением отправил в корзину оба.
Перри, качая головой, изучал кучу выкладываемых на резиновую ленту у кассы продуктов: йогурты, дорогая ветчина в вакуумной упаковке, свежие булочки, сыр, шоколадка, помидоры, яблоки, черешня, еще что-то, ну и бананы. Наконец не выдержал:
- Родионов, а че ты все-таки такой загадочный? Что за набор продуктов такой непонятный?
- Насчет бананов-то хоть вопросов нет? Тебе купил. Уши прочистить.
Перри снова покачал головой: самым загадочным из того, что двигалось к кассе, был сам Родионов, со слегка заалевшими щеками, со смущенной и возбужденной улыбкой то и дело трогающей губы, с ярко сияющими глазами, подпрыгивающий на месте от нетерпения. Такое чувство, что он решил устроить пикник на шпиле городской картинной галереи. В общем, в голове его явно вертится какая-то авантюрная и опасная задумка.
Между тем Родионов решительно отправился к отделу цветов и сувениров, возле которого мужчины в здравом уме ускоряют шаг и несутся мимо, старательно глядя вперед.
- Девушка, дайте мне пожалуйста вот это млекопитающие, своим взглядом вынимающее из кошелька последние деньги.
- Это собачка…
- Да Вы что?!! Ни за что бы не подумал. Ну, не скунсик, и уже хорошо. И, знаете… еще коробку побольше подарочную… И… Есть у вас маленькие открытки?
Со всем этим шуршащим и блестящим Родионов, деловито и все так же молча, устроился за упаковочным столиком.
- Родионов… Ты колбасу собираешься в подарочную упаковку пихать?
- Угу.
- И йогурт туда?
- Угу.
- Родионов! Ты точно самый гикнутый из моих знакомых!
Начало и продолжение этой истории читайте на моем канале. Ваша Аармасстаа