В условиях ограничений технологического импорта отечественные компании должны активизировать импортозамещение и самостоятельно формировать свои ESG-стратегии. При этом в таких направлениях, как обеспечение безопасности населения, международному сообществу придется работать вместе. В рамках XXIII Ясинской международной научной конференции НИУ ВШЭ прошел круглый стол «Технологии декарбонизации как условие ESG-трансформации».
Работу круглого стола начал его председатель Михаил Аким, профессор Высшей школы бизнеса ВШЭ, член правления Ассоциации европейского бизнеса (АЕБ). По его словам, декарбонизация является не только важнейшим условием экологической трансформации — этот процесс во многом определяет социальную повестку и принципы управления бизнесом. Геополитическая ситуация и санкционные ограничения могут оказать влияние на доступность технологий, необходимых для решения глобальных экологических проблем. Реализация социальных обязательств зеленой повестки требует взаимодействия с поставщиками и широким кругом заинтересованных сторон, чтобы помочь отраслям диверсифицировать свою цепочку поставок и решить проблему дефицита технологий, вызванного сокращением импорта. В то же время, по мнению Михаила Акима, сегодня некоторые российские предприятия уже сформировали свою ESG-стратегию, что «крайне позитивно для решения вопросов сферы ESG в РФ».
Мнение председателя круглого стола поддержал Роман Бердников, первый заместитель генерального директора «РусГидро». В то же время он считает, что в России не используется большая часть потенциала гидроэнергетики. Гидроэлектростанции (ГЭС) при сроке эксплуатации более 100 лет — это долгосрочный источник дешевой зеленой энергии, не зависящей от топливной составляющей. На этом преимущества гидроэнергетики не заканчиваются, подчеркнул топ-менеджер «РусГидро». Так, водохранилища ГЭС создают стратегический запас пресной воды и обеспечивают более 30% водоснабжения, снижают негативное воздействие паводков, обеспечивают функционирование до 85% грузового речного транспорта России. Каждый рубль, вложенный в строительство ГЭС, обеспечивает до 4 рублей прироста ВВП страны. При этом существенны и экологические эффекты. На 1 ГВт установленной мощности ГЭС экономится 2,8 млн тонн угля при замещении выработки ТЭС, а это 3% объемов энергетического угля в России; и это 3,9 млн тонн недопущенной эмиссии углекислого газа.
Анна Гребенюк, заместитель директора Форсайт-центра ВШЭ, полагает, что сегодня, в период санкционных ограничений в отношении России, необходимо определить, какие технологии, применяемые для реализации повестки ESG, будут особенно важны для нашей страны.
В своем докладе «Ключевые подходы к определению технологий, критически важных для устойчивости экономики» эксперт показала, что при их отборе целесообразно руководствоваться ключевыми принципами: установление горизонта применения технологий сроком в 10 лет, формирование четких критериев оценки их критичности (соответствие принципам ESG), привязка задач к инструментам реализации.
По словам Анны Гребенюк, сегодня наступила «новая реальность». Когда введены ограничения в части импорта инновационной продукции, закрыт доступ к технологиям, которые определяют развитие экономики и общества, нарушены производственные цепочки, возникает необходимость властям страны обеспечивать технологический суверенитет. В том числе активно замещая импортную продукцию и комплектующие отечественными аналогами.
«О проблемах технологической зависимости в рамках ESG-повестки» — так назвал свой доклад Юрий Симачев, директор Центра исследований структурной политики ВШЭ. По его мнению, когда в рамках ESG-повестки речь идет об экологии, о безопасности общества, о противодействии каким-либо заболеваниям, мировое сообщество обречено работать сообща, большинство стран мира должны рассчитывать на взаимодействие. В большой мере это касается экологического направления и промышленной политики. «ESG-политика — это один из важнейших факторов промышленной политики в современных условиях. Когда есть общие вызовы, особенно неэкономические, это требует определенных действий всего общества, — говорит Юрий Симачев. — Здесь принципиальный момент в том, что общий вызов, стоящий перед многими странами, создает базу для международного взаимодействия для решения общих проблем в любых условиях».
В работе круглого стола также приняли участие футуролог, сооснователь венчурного фонда Orbita Capital Partners Евгений Кузнецов, член правления АЕБ Эрнесто Ферленги, директор по операционной работе кластера энергоэффективных технологий фонда «Сколково» Олег Перцовский.