На прошлогодней высохшей траве,
Сидел за спину спрятав связанные руки,
С повязкой грязною на бритой голове,
С глазами, боли полными и муки,
Уже раз пять он крикнул: «Ахмад сила!»,
Но вздрагивать еще не перестал,
Ему, пока, еще так страшно было,
Что он бы, что угодно прокричал.
Душа его давно скользнула в пятки,
Там скрылась и обратно ни ногой,
И мысли с головой играют в прятки,
И мышцы цепью стянуты тугой.
В его глазах, в начале, я увидел,
Желание одно лишь только - жить.
И, про себя, презрением обидел,
Ведь трусу большего, увы, не заслужить.
Когда же бородач, стоявший рядом,
Чуть отошел в сторонку от него,
Он исподлобья тяжким злобным взглядом,
На победителя взглянул на своего.
И понял я, сложней всего нам будет,
Их до конца всех переубедить.
Когда страх смертный навсегда забудет,
Тогда мы полностью сумеем победить.