АВТОР: ЭНТОНИ РЕЙНОЛЬДС
Они продвигались быстро. Халла Ледяная Душа задавала безжалостный темп, хотя и не рисковала без необходимости. Спускались по одному: сначала Халла, потом Олар, затем Зигвар. Каждый раз соединяющие их веревки разматывались почти на всю длину. У них всегда был надежный якорь на случай падения, а краткие моменты отдыха позволяли продолжать спуск без долгих привалов.
Не только Мост печали пресекал расщелину. Таких мостов было несколько десятков, но в любой момент пути можно было увидеть лишь несколько: расстояние, туман и темнота саваном окутывали все вокруг. Никто давно не пользовался этими переходами, за исключением самого верхнего. Мириады ведущих к мостам тоннелей и врат были замурованы снежными лавинами или руками самих Морозных стражей, которые стремились ограничить количество входов в свою цитадель.
Между мостами было не меньше сотни метров, и при спуске на глубину они попадались все реже. От некоторых остались только полуразрушенные опоры, торчащие из ледяных стен.
Было темно, но это была не всепоглощающая темнота середины зимы – скорее, приглушенный сумеречный полусвет. От самого льда как будто исходило едва заметное потустороннее свечение, которое рассеивалось в густеющем тумане, так что в факелах не было необходимости.
Порывы воющего ураганного ветра, будто призрачные руки, все еще пытались сбросить с трудом цеплявшихся за лед Стражей на дно ущелья.
Следить за течением времени стало трудно, часы сливались в сплошной однообразный поток. Спуск, ожидание. Спуск, ожидание. На спуске Зигвар нашел удобный ритм и выполнял одни и те же действия почти не задумываясь: поглубже вонзить ледорубы, зацепиться шипами, вытащить ледорубы. Ожидая, пока Халла и Олар спустятся ниже его, он бормотал мантры Истины, которые помогали сосредоточиться.
Не противься объятиям холода, ибо в них истина. Будь единым целым со льдом – и понимание придет само.
Все ниже, и ниже, и ниже. Возможно, прошло несколько часов, а может и целый день. Не видя неба, понять это было невозможно.
Терпи. Не жалуйся. Лед не просит о милости и не дарует ее. Следуй его примеру.
Более слабое существо не выдержало бы такого темпа, но они были Хладорожденными, детьми богов. Они отличались от других смертных. Они могли идти несколько дней без сна и еды, а потом вступить в бой и выстоять. Они мужественно выносили то, что убило бы любого Теплолюбивого.
И все же Зигвар начинал чувствовать боль в руках, а тело под слоем кожаной и меховой одежды покрылось испариной. И когда лед под ним просел, он отреагировал слишком медленно. Он выбросил вперед руку с ледорубом, но тот вонзился неглубоко и лишь отколол от стены кусок.
И Зигвар упал.
Не бойся боли и не старайся избежать ее. Боль – благословение. Без нее нет жизни.
Перевернувшись в воздухе, Зигвар снова попытался остановить падение и со всей силы вонзил ледоруб в стену, но не смог на нем удержаться и потерял бы его вовсе, если бы не ременная петля на запястье.
А когда придет смерть, не страшись ее.
Зигвар пролетел около десяти метров – мимо Олара, чьи суровые глаза распахнулись от изумления.
Все мы вышли изо льда, и в лед мы вернемся.
«Держись!» – прокричал Олар, крепче хватаясь за ледорубы и сгибая колени в ожидании рывка.
Зигвар увидел, как Халла беззвучно выругалась, поняв, что он летит прямо на нее. Она действовала быстро и уверенно: глубоко вонзила ледорубы и сдвинулась, чтобы Зигвар не сбросил ее со стены.
Его резко и сильно встряхнуло – это веревка размоталась до конца и прервала падение. Зигвар врезался в ледяную стену с такой силой, что из груди вышибло дыхание.
Каменный Кулак взревел, приняв на себя его вес, и изо всех сил вцепился в лед. Мышцы у него были словно стальные.
Зигвар быстро опомнился и вонзил в стену ледорубы и шипованные ботинки. Затем он осмелился посмотреть на Халлу Ледяная Душа. Она ответила пронзительным и немигающим взором – один глаз белый, другой голубой.
В этом взгляде Зигвар прочел молчаливое осуждение.
"На Мосту теней сделаем привал", – наконец решила она и продолжила спускаться в сумеречный туман. Зигвар был зол на себя. Щеки у него горели, несмотря на холод.
В свой черед минуя Зигвара на спуске, Олар широко улыбнулся в своей обычной манере.
"Дюжина Стрел, тяжелый ты, зараза, – сказал он. – Чуть не утянул нас за собой".
"Лед просел, – робко ответил Зигвар. – Я буду осторожнее".
"Давай-давай. А то могу и веревку перерезать".
Зигвар посмотрел на старого воина, не зная, что и думать. На своем веку Каменный Кулак трижды спускался в Бездну и каждый раз оказывался единственным выжившим. Неужели именно потому?
На Мосту теней все трое сняли с рук ледорубы, освободились от поклажи и отцепили от поясов веревки. Мост получил свое название за то, что даже в середине лета, когда солнце не опускалось за горизонт, лучи его сюда не проникали.
Олар с показным кряхтением опустился на каменные плиты и прислонился спиной к низким перилам. Халла отошла в сторонку, сняла со шнурка на шее крошечную черную фигурку Лиссандры и поставила ее наземь. Затем воительница преклонила колени, взывая к ней. Зигвар застыл столбом, не зная, стоит ли ему тоже помолиться, но Олар жестом пригласил его сесть рядом.
Старый воин – его точного возраста Зигвар не знал, но не сомневался, что Олару давно перевалило за шестьдесят – достал маленькую кожаную фляжку. Немного отпив, он удовлетворенно вздохнул и протянул флягу Зигвару. Тот благодарно кивнул и сделал большой глоток.
"Слезы богов, – пояснил Олар. – По эту сторону Острых гор ничего лучше не сыщешь!"
Жидкость обожгла глотку, из глаз брызнули слезы, которые тут же застыли на щеках. Зигвар снова кивнул и вернул флягу Олару, который сделал еще один глоток и спрятал фляжку под меховой одеждой.
Брать с собой воду было бесполезно – она превратилась бы в лед, едва они вышли бы за ворота цитадели. Конечно, они могли продержаться и так, но крепкий напиток пролился в горло желанной влагой.
Покрытые татуировками руки Олара оставались голыми. Зигвар покачал головой, плотнее закутываясь в меха.
"И как ты не мерзнешь, старик?"
"Будет гораздо холоднее, мой мальчик, – Олар коварно усмехнулся. – Это просто летний ветерок по сравнению с тем, что нас ждет".
Зигвар не понял, шутит ли старик. Он подтянул к себе свои вещи и достал небольшую полоску соленого мяса, завернутого в промасленную кожу. Первый замерзший кусочек он протянул Олару, а затем отломил второй для себя. Пришлось растапливать его во рту, иначе есть было бы невозможно. Мясо было жестким, жилистым и трудно жевалось, но сейчас показалось потрясающим деликатесом.
Низкий парапет, к которому Зигвар привалился спиной по примеру Олара, защищал от самых лютых порывов воющего ветра, и молодой воин был этому несказанно рад. Ветер продолжал стонать над их головами, по мосту пробегали снежно-ледяные вихри. Некоторые верили, что эти завывания – на самом деле стоны тысяч Хладорожденных, погибших в последней грандиозной битве героической эпохи. Случилось это давно, но души героев навсегда остались заперты в ущелье.
"Жуткий звук, правда? – спросил Олар. – Рано или поздно начинает действовать на нервы".
"Внизу так же завывает?"
Олар покачал головой. "Если бы. Нет, на самом дне тихо как в могиле".
"Все лучше, чем это…"
"Я бы тоже так подумал… но нет, тишина гораздо хуже. Она там тяжелая. Давит, словно длинная кольчуга. Пусть уж лучше ветер воет!"
Халла закончила молитву и села рядом с Оларом. Она сделала большой глоток из его фляги и вытерла губы тыльной стороной перчатки.
"У тебя всегда лучшее пойло, Каменный Кулак!"
Олар фыркнул. "Это все мое обаяние!"
"Я в этом очень сильно сомневаюсь", – с каменным лицом ответила Халла, отчего Олар снова прыснул.
Зигвар наклонился, робко протягивая Халле ломтик мяса. Юношу все еще мучал стыд за свое падение. Халла посмотрела на угощение так, что Зигвар успел испугаться отказа, – но все-таки приняла его и кивком поблагодарила.
"Как ты заслужил свое имя, Дюжина Стрел?" – полюбопытствовала она, жуя мясо.
"На нас напали. Я был еще молокососом, сопровождал обоз с провизией для цитадели. На ледяной пустоши мы попали в засаду – это были воины из племени Костяных Воронов. Мы не увидели их из-за метели".
Халла понимающе проворчала: "Опасные противники. Головорезы".
Зигвар кивнул. "В стычке я получил несколько стрел, но продолжал сражаться. Каменный Кулак даровал мне это имя после того, как последние Костяные Вороны бежали, бросив на льду мертвых и умирающих".
"Не выйдет из тебя сказителя, – сказал Олар. – Ты слишком скромный. Где же драма?"
"Уж куда ему до тебя, старик, – отозвалась Халла. – В твоих историях с каждым разом все меньше правдоподобия".
"Я рассказывал тебе про медведя?" – спросил Олар и подмигнул Зигвару.
"Не вздумай, – Халла погрозила старому Стражу пальцем. – Я больше не желаю слушать эту байку".
#продолжение #история #легенда
#сказание #lol #league of legends #читать