Актриса, которой очень повезло с первой же ролью. Она полвека назад дебютировала в культовой ленте «А зори здесь тихие», и её Лиза Бричкина стала одним из самых любимых персонажей державы – Елена Драпеко. Видео нашей беседы (полностью) – внизу.
Ваша дочь в одном из интервью говорила, что она сменила фамилию Белова, на вашу - Драпеко, потому что она в школе клички, а когда фамилия Драпеко - то уже ничего придумывать не надо, Драпеко и Драпеко. А вас в школе как называли?
- Ну наверное, действительно фамилия редкая. Я мало знаю однофамильцев, да. Хотя родственников довольно много, но все они как-то за Уральским Хребтом сконцентрировались. Я родилась в Уральске, да, а родня моя из города Уфы.
Это по маминой линии?
- И по папиной тоже. Знаете, я - этническая украинка.
И вот эти этнические украинцы, которых во время голода, в конце 19-го века, перевезли с Украины на Южный Урал, в Башкирию и они там прижились – это мои предки. Дали им землю, а там очень хороший климат. Целая деревня - с возами, горшками, бабами и дитями, на быках, переехали с Украины вот туда, в Башкирию, и там до сих пор живут.
Там была целая деревня - Преображеновка, где жили родственники моего отца. Я туда маленькая, помню, ездила. Они очень славные, эта украинская моя родня, просто замечательные, весёлые, дружные, многодетные, всегда было очень много детей в семьях.
У вас в книге («Лиза Бричкина — навсегда». — М.: Эксмо, 2005), кстати, описан эпизод, в который трудно поверить: вы однажды с подружкой откопали боевую гранату где-то в лесу и принесли папе…
- Да, была такая история, драли меня нещадно… Это же время-то какое было… после войны. И сейчас-то везде железяки торчат из земли. Там были очень сильные бои. И сразу после войны, когда я росла, там было просто ужас что. Мальчишки у нас гранатами глушили рыбу в озёрах, хулиганили. Ну, старшие уже… Я-то маленькая тогда была ещё. Я ещё, по-моему, в школу не ходила. Недавно я нашла фотографию этой Таньки с её братом. Братику годика 3, а Танька такая же, как я, значит, лет 5 - 6. Это мы с ней - две героини были такие. Потом нас выдрали, посадили на несколько дней, не впускали из дома.
Я так понимаю, что у вас мотив был, именно чтобы кто-нибудь из гражданских не наткнулся…
- Конечно, да. Ну, у нас такая психология, у детей военных, мы - защитники Отечества. Я потом обсуждала как-то это с Людмилой Чурсиной, она тоже из офицерской семьи, и она говорит: «А у меня точно такое же было ощущение». Мы вот, как бы, военные, мы - защитники, а вот они - гражданские. Понимаете?
Странно, что у вас при этом такое отношение к ненормативной лексике. Вы всё время выступаете за запрет «русского языка», мне кажется, что в армии-то разговаривают на этом языке…
- Нет, в моей семье я никогда не слышала ненормативной лексики. Отец никогда… Я помню, что и анекдотов неприличных не рассказывали.
Это было очень смешно. Я поступила в Театральный Институт в Ленинграде, и при мне рассказывают анекдот, а я не смеюсь, потому что я смысла его не понимаю. Я очень многих вещей просто не знала. Меня так, «в керосине хранили». Не знаю, в нашей - в той армии, как раз этого не было. Может, между собой они там, что-нибудь и говорили, но в присутствии женщин и детей это было абсолютно исключено.
Фронтовики собирались у нас в доме часто - на праздники, на 7-е Ноября, на 1-е Мая, стол накрывали, танцевали, веселились, рассказывали какие-то истории. Но вот не было… Чего не было, того не было.
В этом году – полвека культовой ленте «…А зори здесь тихие» — советский двухсерийный художественный фильм, снятый в 1972 году по одноимённой повести Бориса Васильева режиссёром Станиславом Ростоцким. 1-я серия — «Во втором эшелоне»; 2-я серия — «Бой местного значения».