Таких историй не сможет придумать автор детективных романов. Потому, что в них нет вымысла, а только страшная правда. Военкор Царьграда Дарья Асламова передает из самых горячих районов Мариуполя.
Недалеко от Мариуполя я поймала на радиоволне обращение, которое постоянно повторяется. От медленного голоса с акцентом у меня мурашки идут по телу:
Славянские братья! Мы, чеченцы, пришли освободить вас от нацистской заразы и продажной киевской власти. Мы не воюем с женщинами и детьми и с мирными жителями, но мы не прощаем своих врагов. Мы не хотим крови. Солдаты Вооружённых сил Украины, мы призываем вас сложить оружие. Не становитесь нашими кровниками. Этим вы сохраните жизни своих близких. Мы гарантируем, что каждый вышедший из города добровольно останется живым. Наши враги будут уничтожены! Иншаллах!
Набережная в Мариуполе. До завода "Азовсталь", где засели украинские боевики, не более 500 метров. Вся набережная целиком простреливается. Бой не затихает ни на минуту.
Вы что, бессмертные? – кричит нам какой-то бородатый мужчина. – Прячьтесь под дом.
Двое чеченцев: Абакар и Ислам. Быстро знакомимся. Ребята рассказывают, как два дня охотились за украинской снайпершей, которую сдали властям.
Она своей же родной бабушкой прикрывалась, – рассказывает Абакар. – У неё на глазу мозоль от оптики.
"Мы её спросили, много вас таких тут? Она ответила: хватает", – говорит боец Ислам.
У молодого парня по имени Ислам хорошее, доброе лицо. Он радуется месяцу Рамадану:
– Я совершаю намаз. Не ем и не пью до захода солнца.
– Но даже пророк разрешал воинам не соблюдать пост на войне, – замечаю я. – Для воинов религия делает исключение.
– А мы не хотим послаблений, – отвечает Ислам. – Я помолюсь, и мне легче.
У него даже лицо светлеет, когда он поздравляет всех с Рамаданом.
К Исламу подходит местный житель Олег из разбомблённой многоэтажки.
Вот нас все чеченцами пугали, – говорит он. – Показывали, как они головы людям режут. А мы сейчас с ребятами подружились. Когда гуманитарка не приходила, чеченцы с нами делились едой. Да и сейчас всё время спрашивают: "Вы покушали? У вас всё в порядке?"
На следующем блокпосту мы находим целый отряд красивых бородатых чеченцев. Все чётко отвечают:
Мы приехали защищать нашу страну, Россию. Ахмад – сила! Аллаху акбар!
Один из парней с обидой говорит:
Вот нас в России часто считают дикими. А у нас здесь много бойцов с высшим образованием. Вообще мы здесь с русскими в хороших отношениях. Проблем не возникает. Мы бы быстро зачистили завод "Азовсталь", но там очень много мирных жителей.
История про "Азовсталь" – это страшная сказка про волков и овец. Украинские боевики устроили на заводе мощную базу с огромными запасами оружия, воды, еды, лекарств, наркотиков. И первое время приглашали туда местных жителей. Мол, у нас безопасно, стены прочные, есть подземные коммуникации, воды и еды вдоволь. И доверчивые люди пришли на завод. А потом туда боевики загнали танки. Местные пытались выйти: мы так не договаривались. Но поздно. Боевики сделали из гражданских живой щит.
На обратном пути я еду с дагестанскими журналистами, Мурадом и Исфрахилом. Стараюсь не пить воду. Неудобно, люди до заката солнца в Рамадан без воды. Они расстроены. Их в дорогу всей Махачкалой собирали, поскольку на Украине воюют 13 тысяч дагестанцев.
– Хорошо чеченцам, они вместе, а наши ребята по разным формированиям разбросаны. Матери в Дагестане плачут, хотят сыночков своих увидеть. А заметили? Никто больше в России не ругается по поводу дагестанцев в метро. Потому что мы вместе с русскими воюем. И кто первый Герой России в этой операции? – спрашивают они.
– Знаю. Нурмагомед Гаджимагомедов из Дагестана. Настоящий герой! В окружении, тяжело раненый, подорвал себя вместе с украинскими боевиками, – отвечаю я.
- Вот видите! Значит, мы нужны России! Мы уже давно поняли: только вместе мы сила. Мы – разные, но мы - Россия! – говорят ребята.