Остановилась посередине кухни, повертела головой, натягивая хозяйственные перчатки. Что тут скажешь? Как заметила бы моя мама: не хотела жить как принцесса, живи как Золушка. Прислушалась. В комнате жужжало и бубнило. Кроме дрели, или чем там пользовался мастер-гигант, работал плейер. Судя по всему, красавец-культурист предпочитал иностранный рэп. Соседская бабуля, наверное, в восторге.
Для начала я проверила разбросанные повсюду ловушки. Почти никто не попался, это радовало. Две первые партии были полнёхоньки. Это, значит, что? Интеллект и упорство побеждает. Хотелось в это верить. Вооружилась рулонной тряпкой и тазиком, начала наступление по всем фронтам. Увлеклась даже. Когда приблизительно половина кухни заблестела, меня окликнули из комнаты:
— Хозяйка! Тут телефон надрывается.
Бросила тряпку, и на бегу стягивая перчатки, поспешила на зов. Экран лежащего на столе мобильного демонстрировал цифры. Незнакомый номер. Эдик что ли хитрит? Ответить не успела. Абонент устал ждать и отключился. У меня почему-то возникло безотчётное чувство потери. Даже не сразу отреагировала на призыв мастера:
— Принимай работу, красавица.
Качок складывал инструменты в ящик, искоса на меня поглядывая.
— Да вроде всё нормально, — протянула я, вертя в руке телефон.
— Тогда зайди на сайт и поставь нормальную оценку, — улыбнулся мастер, — заметь: мусор не оставил, всё убрал за собой.
— Да, вижу, спасибо.
Я заглянула за отодвинутый от стены диван, радуясь, что ещё вчера запускала туда свой робот-пылесос. Линолеум давно потерял товарный вид, но хоть пыли нет, и то хорошо. Проводив представителя «Умелых рук», я вернулась в комнату и села, не выпуская телефон. Хотелось перезвонить, хотя обычно я предпочитала игнорировать неизвестные номера. Размышления прервал рингтон: незнакомец решил повторить попытку. Я сразу же ответила:
— Алло.
— Лика?
— Кто говорит?
— Вовчик. Вспоминайте: мы в тринадцатом номере жили в Казани, а вы в четырнадцатом.
— Вовчик? — Переспросила я, радуясь, что он не напомнил, как спасал меня из моря разлитого чая, мог бы. — Кудрявый?
— Да! — он засмеялся. — Не забыли.
— Откуда у вас мой номер?
— У Тима выкрал!
Я неопределённо хмыкнула. Обидно стало. Не один раз задумывалась, почему Трофим не звонит, ведь обещал. Логичнее всего было считать, что его мобильный как-нибудь пострадал: разбился, украли… да мало ли. Звонок Кудрявого всё расставил по местам: мой номер по-прежнему в списке контактов, просто Тим почему-то не захотел со мной говорить. Пока я огорчалась, абонент в красках расписывал провёрнутую операцию: как попросил трубку, соврав, что собственная разрядилась, как переписал себе мой номер, как Тим ни о чём не догадался.
— Зачем же?
— Так сказать! Сообщить! Сам же он не признается.
— В чём?
— В аварию попал, в клинике лежит.
— Что? Когда?
— Да вот как в Москву ехал. Остановился на светофоре, а идиот на джипе в задницу влетел.
— Сильно пострадал?
— Да ни царапины у гада! Правда, джип в хлам.
— Трофим!
— А… Славин. Да ничего так. Два ребра сломано, сотрясение. Он уже почти в порядке. Эскулапы не отпускают. Наша контора расширенную медицинскую страховку сотрудникам оформляет — премиум, вот они и вцепились. Лечат до победного.
— Хорошо. Спасибо, что позвонили, а то…
Что, собственно, я могла сказать? Замялась, но всё-таки попросила скинуть эсэмэской адрес клиники.
— Да, щас, — зачастил Вовчик, — только вы это… не говорите ему, что это я.
— Почему? А как же объяснить, откуда я узнала.
— Придумайте что-нибудь. А меня не выдавайте. Я ж как лучше хочу, а он неправильно может понять.
— Ладно. Договорились. Придумаю. Шлите адрес.
Поначалу я едва не подхватилась, чтобы мчать на край света. Когда пискнула прилетевшая эсэмэска, открыла её, будто от скорости моей реакции зависела чья-то судьба. Прочитала текст. Ещё раз прочитала более вдумчиво. Подмосковье. Реабилитационный центр. Что-то знакомое. Эмоции поутихли, мозги включились.
Продолжая в левой руке держать телефон, правой стала выуживать из коробки книги, пристраивать их на новенькую полку. Критически оценивала результат и рассуждала. Что это я всполошилась? Кто меня ждёт? Почему, интересно, приятель Трофима действовал тайком? Что если симпатичный обладатель проникновенного баритона не желает ни видеть меня, ни даже слышать? Иначе сам бы позвонил. Вполне возможно, оказавшись в сложной ситуации, он вообще забыл о существовании прикольной соседки по гостинице. Или другой вариант: Светка вернулась. Почему нет? Я представила, что Эдик попал в аварию и оказался в больнице. Навестила бы я его? Разумеется. Более того, не постеснялась бы потолкаться в очереди поклонниц своего бывшего жениха. Или я себя идеализирую? Пожалуй, в очередь на посещение не стала бы вмыливаться, ограничилась звонком. А вот если бы позвал…
По мере размышлений уверенность в том, что Трофим не позвонил мне лишь потому, что помирился с бывшей девушкой, окрепла. Ведь он, помнится, переживал из-за их разрыва. Ещё как! Даже посочувствовал оставленному мной жениху, потому что сам оказался в похожем положении. Чем больше я анализировала ситуацию, тем глупее выглядела идея визита в клинику. В каком качестве я туда явлюсь? Элементарный вопрос на рецепшене поставит в тупик. Кто я? Подруга? Знакомая? Кого вообще туда пускают?
Проблема требовала изучения. Я оставила оформление полки, села на диван и полезла искать сайт реабилитационного центра. Там должны быть правила посещений.
Не представляю, что это за эффект, но лёгкое жужжание ноутбука действовало как успокоительное. Пялишься в экран, перелистываешь вкладки, просматриваешь картинки, читаешь подписи — вроде как занят, а ничего не меняешь, оставаясь в точке принятия решения. С другой стороны, принимать решение проще, напитавшись информацией под завязку. Информация, кстати, была очень даже вылизанная. Отзывы клиентов положительные, попадались и восторженные. Фотографии чёткие, благостные. Не заметила как увлеклась, рассматривая их. Всё, что демонстрировало помещения — светлые, просторные, с модным оборудованием — пролистала быстро, а роскошный парк заставил задержаться. Снимки были сделаны в разгар лета. Высаженные вдоль дорожек клёны отбрасывали на плитку контрастную узорчатую тень, на скамейках с бетонными основаниями и покрашенными в синий цвет деревянными брусками отдыхали улыбчивые бабули с палочками. Медсёстры с внимательными лицами катили инвалидные кресла, в которых сидели задумчивые расслабленные дедушки…
Ой! Одну из работниц в форменной одежде я узнала. Покрутила колесо мышки, увеличивая изображение. Точно! Это соседка моей подруги. Вот почему адрес клиники показался знакомым, Настя как-то рассказывала, что Наташа нашла подработку в подмосковном реабилитационном центре. Это знак!
Тут же набрала Настю, вкратце обрисовала проблему и попросила скинуть номер Наташи.
Случаются в жизни моменты, когда обстоятельства перетекают из одного эпизода в другой, и складываются, будто яркие стёклышки калейдоскопа в красивые меняющиеся узоры. Всё устраивается само собой, а тебе остаётся только следовать за нитью судьбы, заботливо протянутой кем-то добрым и понимающим.
Разговор с Настей дал мне эту нить, оставалось лишь не выпускать её. Действовать пришлось так быстро, что я не успевала удивляться и задумываться, почему везение и удача сопутствуют мне, и случайность ли это?
Наташа сама перезвонила и сказала, что как раз сейчас едет в клинику. Больше того, доставлявший персонал микроавтобус будет проезжать мимо моего квартала. В запасе есть двадцать минут, чтобы собраться и выбежать к ближайшей остановке общественного транспорта, где меня могут подобрать. Возражений на тему, может быть я как-нибудь сама, Наташа слушать не стала:
— Не глупи! Зачем тебе мыкаться? Места есть, никто не возражает. Подхватим. Главное, будь на связи. Да, водительские права захвати. На обратном пути возьмёшь машину в каршеринг. Иначе замучаешься с пересадками, а такси дорого.
Наташка, хоть и мелкая на вид, но такая энергичная! Командовала как сержант новобранцем. На споры времени не было, я металась по квартире, не особенно задумываясь, будто в голове хорошо отлаженную программу запустили. Не заметила, как переоделась в джинсы и кремовый джемпер, обулась в кроссовки, натянула укороченную красную куртку — почему-то было ощущение, что собираюсь гулять по лесу. По той же причине дамскую сумочку отложила, взяла купленный в Казани рюкзачок тоже красный, но с золотой вышивкой, очень яркий и эффектный. Положила документы, карточки, мобильный, ключи… Всё?
Вот бестолочь! Я же еду навещать больного, гостинцы нужны. Покидала в рюкзак, что попадалось, а попались мне: запечатанный пакет апельсинового сока, бутылка «Тархуна», коробка фруктов в сахарной глазури — из тех, что привезли родители, моя любимая Бирюлёвская пастила, мимо которой я не могу пройти в магазине, лимон и упаковка чайных пакетиков. Задумавшись на секунду, сунула в рюкзак ещё и книгу — сборник фантастических рассказов, купленный на Московской Книжной Ярмарке для папы. Подарить не успела, он сам купил такой же. Пусть Трофим почитает, чем ещё заниматься в больничной палате?
Бежала я напрасно. Пришлось ждать. Успела испугаться, что опоздала, и начала расспрашивать окружающих женщин, где поблизости можно взять машину в каршеринг. Заговори я на марсианском, и то меньше бы удивились. Мужчина, до этого упорно изучавший свой планшет, взялся было объяснять, но тут как раз и подошёл мой транспорт. Дверь микроавтобуса гостеприимно отъехала в сторону, Наташа, сидевшая около первого окошка, замахала рукой, подзывая меня. Место радом с ней оказалось свободным, я плюхнулась, вдохнула чуть пахнущий бензином воздух и обернулась к остальным пассажирам:
— Здравствуйте! Спасибо.
Мне откликнулось несколько голосов. Вот тут я впервые задумалась: что за чудеса со мной творятся.
© Ирина Ваганова "Два компонента счастья"
Познакомила вас ещё с одним отрывком из нового романа.
"Два компонента счастья" читайте на сайте ПродаМан
Приятного чтения (♡°▽°♡)
Ваша Диа Нади