- Готово!
Мастер театральным жестом развернула кресло, в котором сидела Ира, к зеркалу. В нем отразилась особа женского пола около тридцати, вполне миловидная, если бы не одно но - ярко-рыжая, даже, скорее, оранжевая шевелюра. Да какая "шевелюра" - почти "ежик"! После длинных русых волос -это дикость какая-то. Зря, ой зря она попоросила мастера сделать что-то креативное.
Пока Ира находилась в ступоре, парикмахер порхала вокруг, сдувая феном волосы с шеи, пыталась уложить "ежик" в нечто удобоваримое, говорила, что стрижка очень идет клиентке, что это "последний писк и все так ходят".
Ира, как сомнамбула встала из кресла, отдала деньги за стрижку и взглянула на настенные часы - восемнадцать сорок. Пора забирать Лизу - детский сад закрывается через двадцать минут.
На улице девушка натянула шапку по самые глаза и быстрым шагом направилась к садику. Ей казалось, что все смотрят только на нее и видят сквозь плотную вязку и подкладку ужасный оранжевый ежик.
Ира успела до закрытия, она надеялась, что в такое время в группе почти никого не будет, однако, раздевалка была полна детей и родителей.
- Мама!
Лиза пробралась сквозь толпу и повисла на маме.
- А мы сегодня грибочек лепили, я выбрала красненький. Как он называется? Я забыла. А Димка у меня куклу забрал, а я его кубиком стукнула, а потом меня поругали, а его нет. А почему ты в шапке?
Ира и глазом моргнуть не успела, а дочка уже стянула с нее шапку и застыла в немом восхищении.
- Ты, как морковочка!
Краска залила лицо по самые уши. Хоть бы в этом гвалте никто не заметил! Быстро натянула шапку обратно, одновременно стараясь запихнуть Лизу в теплые штаны - хоть и весна, но по вечерам довольно прохладно.
****
В течение следующих дней Ира пыталась смириться со своей новой прической - выходило плохо. "Морковочка" никак не хотела дружить с остальной внешностью - светлыми глазами, курносым носом, тонкими губами. Одна Лиза с восхищением смотрела на маму, гладила ее волосы и тоже хотела такую прическу.
Выход из дома превратился в пытку - никто вслух не высказывал неодобрения и не смеялся, но Ира кожей чувствовала косые взгляды, недоумение и неодобрение.
- Ирина Витальевна, дети в группе играют в какую-то "морковку" - мажут друг друга оранжевой краской, особенно с волосами стараются, уже поступило несколько жалоб от родителей. Я вам это говорю, потому что зачинщица - ваша дочь и, косвенно, - вы, ваш цвет волос . Примите меры.
Пунцовая Ира стояла перед воспитателем и не знала что сказать- с одной стороны приятно, что Лиза заводила, то есть полная мамина противоположность, а с другой стороны плохо, что катализатором послужила дурацкая прическа.
- Я поговорю с ней. Такого больше не повторится.
Под дочкино щебетание про умопомрачительные приключения прошедшего дня Ира собирала сменные вещи из шкафчика, поддакивала в нужных местах и на автомате задавала уточняющие вопросы.
- Не обращайте на нее внимания- она просто не может навести порядок в группе, поэтому злиться, а прическа у вас классная.
Ира и не заметила, как он подошел, оперся о шкафчик и с нескрываемым любопытством ее рассматривает. Рядом с ним стоит мальчик - тот самый, который куклу отобрал и кубиком получил, а Лиза ему язык показывает. Заметила мамин взгляд и состроила невинную рожицу: " я не при чем".
- Спасибо.
Единственное, что смогла выдавить из себя Ира. Подхватила дочь и вылетела из раздевалки.
****
- Лиз, больше не играй в садике в "морковку", а то Валентина Дмитриевна ругается.
Ночные заморозки сковали лужи тонким ледком. Лиза не пропустила ни одной - каждую потоптала сапожками, дождалась веселого хруста и побежала к следующей.
- Это весело и морковки полезные, а мы - морковки и мы - полезные.
- Да, зайка, полезные, но давай играть в "морковок" дома.
Всю дорогу до детского сада Ира пыталась объяснить дочери почему нужно слушать воспитательницу. Получалось не очень - как можно слушать человека, который не разрешает мазаться красками.
В раздевалке снова столкнулась с парнем, который "по достоинству" оценил ее прическу. Он поглядывал, улыбался, но не спешил подойти и продолжить знакомство.
Ира помогла Лизе раздеться, проводила в группу, заверила Валентину Дмитриевну в том, что беседа с дочерью проведена и больше такого безобразия не повторится, и привычно натянула шапку по самое "не хочу".
- Мама-морковочка, подождите!
Догнал на лестнице, пошел рядом - улыбка во все лицо. Не ехидная, а озорная, наверное, - смешинки из глаз так и сыпяться.
- Можно вас подвезти?
- Нет, спасибо. Вас жена будет ревновать - в детском саду умудряетесь девушек кадрить.
Такого заливистого смеха Ира давно не слышала. Он прокатился искристым валом по всем помещениям и заставил воспитателей, нянечек, поваров и всех-всех-всех оглядываться по сторонам в поисках источника необычного звука.
- Я не женат, а Дима - племянник. Брат с женой уехали в санаторий, а мне доверили ребенка - у меня график позволяет его в сад водить. А ваш муж не против столь... экстремальных стрижек?
Ира немного замялась, но искренний интерес собеседника заставил ее немного пооткровенничать:
- Мы с Лизой одни - ее папа нас бросил, но я не хочу об этом говорить.
- Ну и не говорите. Меня, кстати, Саша зовут.
****
Год спутя.
- Этот цветочек надо сюда. Димка, не мешай! Иди к папе Саше.
Лиза старательно втыкала шпильки с белыми цветами в мамину прическу. От "морковочки" мало что осталось - Ира вернула свой натуральный русый цвет, но длина оставляла желать лучшего. Да и ... с ним - Саша любит ее любой.