Анализ поведения этой женщины мог бы стать основой для учебного пособия факультета психиатрии. Даже психологу тут делать нечего, поскольку требуются сильнодействующие препараты а в отдельных случаях рубашонка с длинным рукавом.
Тем не менее у Сулеймана была необъяснимая привязанность к своей болезненной сестрице. В кратковременных эпизодах относительной стабильности Хатидже понимала, что ее брат в первую очередь повелитель, поэтому общение с ним подразумевает определенные границы дозволенного.
Однако в период влюбленности султанши в дворцового музыканта эти границы трансформировались в полное неумение связать два слова. Хатидже плакала, кололась, травилась, но продолжала молчать.
О ее чувствах догадывались все кроме Сулеймана и Валиде Султан.
В это время венценосный брат несколько раз пытался беседовать с Хатидже. Повелитель хотел устроить счастье сестры, но понять, в чем именно оно состоит, не мог потому, что барышня всякий раз вела себя как глухонемая.
Она теряла дар речи и даже жестами не могла объяснить, чего хочет. Напрашивается мысль, что родители то ли подвергали девочку телесным наказаниям, то ли часто роняли в младенчестве.
Благодаря вменяемости Ибрагима его брак с Хатидже все таки состоялся. Одновременно с этим радостным событием султанша теряет остатки страха перед падишахом и забывает об обязанности вести себя с ним подобающе. Теперь он для нее только брат.
Главным человеком в ее жизни становится супруг, которого султанша обязана сделать счастливым. У каждой женщины после свадьбы появляются обязанности, у Хатидже они выглядели весьма затейливо.
В ее понимании семейное счастье заключалось в круглосуточных посиделках в обнимку с мужем. В идеале вокруг супругов или у них в руках должны быть розочки.
Хатидже считала что должна родить Ибрагиму ребенка, именно ему, а не себе. Самой женщине дети были нужны лишь в комплекте с любимым мужем. О том, как их растить и воспитывать она имела смутное представление поэтому не занималась ни тем ни другим.
Сулейман все время мешал семейному счастью сестры и разлучал ее с обожаемым Ибрагимом, приставая к последнему с дурацкими поручениями. Хатидже быстренько осмелела и стала предъявлять претензии брату часто в ультимативной форме.
Ибрагима нельзя никуда отправлять, он вообще может руководить советом дивана на удаленке. Странно что сестра не потребовала у повелителя своего присутствия на совете. Там она могла бы держать мужа за руку и смотреть ему в глаза.
После покушения на Великого визиря посредством стрелы его супруга, пребывая в состоянии очередной истерики, неожиданно интересуется у Сулеймана, как он намерен с этим жить дальше.
По лицу падишаха стихий очень заметно что он сильно обалдел от таких речей. Никаких изменений в своей жизни он как-то не планировал. Аргументом любимой сестры было то, что брат повелитель гарантировал жизнь ее мужу, но по рассеянности недоглядел и того ранили.
Очевидно что основная мысль Хатидже звучала примерно так: «Чем никах с кем попало заключать лучше бы зятя династии от врагов охранял».
Естественно, Валиде Султан вторым голосом подтягивала: «Смотри, бесстыжий, до чего ты довел сестру своим никахом!»
Султан был мужичком крепким, он устоял и даже охранную фирму не зарегистрировал. Сулейман понял что сестру опять эвона как накренило.
Пока Ибрагима лечили Хатидже забыла что беременна, точнее ребенок ей уже не очень требовался поскольку его папаша мог помереть.
Султанша закатывала истерики, потом и вовсе уселась на постели и ушла в астрал. Из очередной депрессии ее вывела Хюррем.
Вернувшись в себя, Хатидже снова примется ненавидеть многодетную невестку, считая это своим долгом перед династией.
Еще не имея собственных детей, Хатидже Султан пыталась выступать в роли коуча по вопросам воспитания. Она приходила к Хюррем, пытаясь научить ее основам семейной жизни.
После смерти супруга Хатидже забудет о своих детях на этот раз уже навсегда. Она будет занята выполнением основного долга - мести за Ибрагима.
Выполнив эту священную миссию, безумная сестра падишаха самостоятельно уйдет из жизни, опять-таки не вспомнив о детях. Зачем вся семья султана мечтала о том, чтобы эта женщина родила, стало одной из неразгаданных загадок династии Османов.
Если бы всех психов исцеляли роды у человечества было бы меньше проблем. Но к сожалению деторождение в этом случае не помогает.