Спасибо вам, люди!
Стояла июльская жара. Люди на автобусной остановке прятались в тени большого тополя, пыльная листва которого кое-где уже начинала желтеть. Екатерина Павловна вздохнула, увидев подъезжающий автобус: внутри, наверное, ещё хуже, чем на улице. Но она обещала приехать к дочери, которая жила на другом конце города. Екатерина Павловна села на свободное место у окна, мечтая поскорее доехать до нужной остановки. Остальные пассажиры, видимо, думали о том же: некоторые вполголоса разговаривали, другие лениво вытирали пот со лба. Вдруг эту полусонную атмосферу нарушил визгливый голос кондуктора:
– Знаю я таких! Привыкли бесплатно ездить! Ишь ты, бедная какая – двадцать рублей не найдёт. Небось, пенсию большую получаешь!
Екатерина Павловна оглянулась. Пожилая женщина нервно шарила в своей сумке, приговаривая:
– Ни кошелька, ни проездного. Всё дома оставила.
– Обнаглели люди! Сейчас отвезу в полицию! – закипала кондуктор то ли от жары, то ли от злости.
Екатерине Павловне этот голос показался знакомым. Когда-то давно она его слышала. И вдруг вспомнился тот злополучный день из далёкой студенческой жизни, когда она училась во Владимире.
Катя шагала к автовокзалу и радовалась: три праздничных дня она проведёт в Муроме. Давно не виделась с подружками, да и по родителям соскучилась. Билет был куплен заранее. В кошельке оставалась мелочь – как раз на шоколадный батончик. Катя подошла к ларьку на привокзальной площади и встала в очередь. За ней тут же пристроился невзрачный мужчина, который, видимо, очень торопился. Он переминался с ноги на ногу и подталкивал Катю к окошку ларька. Девушка недовольно поглядывала на беспокойного соседа, а когда подошла её очередь, поняла причину этого беспокойства: кошелька с мелочью, а главное – с билетом на автобус, в кармане плаща не было. Катя отбежала от киоска, стала оглядываться, спрашивать людей о подозрительном мужчине. Но того и след простыл.
Тем временем началась посадка на автобус. Что же делать? Милицию искать некогда. Да и помогут ли? Девушка ясно представила, как возвращается в пустое общежитие без копейки в кармане. Весеннее настроение сразу улетучилось. Владимир показался городом чужим и равнодушным.
– Объясню всё шофёру, он должен посочувствовать, – подумала Катя.
Но тот не захотел ничего слышать. Подошла диспетчер. Катюша поднялась за ней на ступеньки автобуса:
– Меня обокрали. Видите, в салоне есть свободное место, это моё. Посадите меня, пожалуйста!
– Плати за место и поезжай.
– Но я же объяснила, что у меня денег нет.
– Тогда не мешай! – нахмурилась женщина.
Она пропустила одного из желающих ехать и продала ему билет.
– А Вы, девушка, выходите!
У Кати на глаза навернулись слёзы. Но она, скромная по характеру, порой даже застенчивая, почему-то ухватилась за поручни у входа и сказала:
– Не выйду.
Диспетчерша покраснела от возмущения и стала выталкивать строптивицу из автобуса. Но та ещё крепче цеплялась за свою «соломинку». Пассажиры притихли. И тут раздался мужской голос:
– Оставьте девчонку! Пусть едет, соберём мы ей на билет.
И люди стали передавать вперёд деньги. Быстро набралась нужная сумма. Кате досталось место впереди, которое оставляют на всякий случай.
– Спасибо, – тихо сказала она, удивляясь, куда девалась её решительность.
Она понимала, что надо громко всех поблагодарить, но не могла – душили слёзы. Прошло много лет. Катя часто вспоминала тот случай, ей всегда становилось мучительно стыдно за себя. И так хотелось прокричать, чтобы услышали пассажиры того автобуса: «Спасибо, вам, люди!»
Екатерина Павловна очнулась от воспоминаний. Конечно, разгневанная кондукторша не могла быть той самой, из далёкого прошлого. А как похожи их голоса.
Срочно надо помочь человеку, попавшему в беду! Но молодой мужчина опередил её:
– Бабуля, не беспокойся, я заплачу.
Женщина, выходя из автобуса, извинялась и благодарила. Екатерина Павловна отвернулась к окну и достала носовой платок. Солнце сегодня такое яркое. Даже глаза слезятся.