В нашем 9-Б классе Олег Улеватый появился, где то в середине сентября, когда учеба уже набрала обороты. Отец у него был военным, так что Ухтинская школа № 2 была у него не первой. Как впрочем, у всех детей офицеров, переезжавших вместе с родителями из города в город, к месту службы отца. Уже в девятом классе все мы задумывались над тем, куда идти учиться после школы. У Олега этот вопрос был решен давно и однозначно — в военное училище. Отзвенел последний звонок…экзамены…аттестат.
Кто-то поехал поступать в Москву, в Ленинград, я готовился поступать в Ухтинский Индустриальный Институт. Олег отправился в Калининград, в Калининградское высшее военно-инженерное командное ордена Ленина Краснознаменное училище имени А.А. Жданова. Через четыре года, в 1975г., новоиспеченный лейтенант Олег Улеватый направился к месту службы в Таджикистан, в погранвойска.
Начинал как все, со взвода. Служил, и служил, я думаю хорошо, получал звания и двигался по карьерной лестнице. В 1984 году новое место службы — Афганистан.
Первым его персональным «боеприпасом» здесь, в Афганистане, оказался фугас, а сверху — мина, противотанковая, итальянская, в желтом пластмассовом корпусе. Олег обезвредил фугас и взорвал его на месте. А дальше… американские и пакистанские, пластиковые и деревянные, электронные и самодельные, часовые и нажимные мины — до чего же талантливо ум человеческий работает на свое уничтожение. Ему всегда везло (сапёру без везения никак нельзя), — за три года в Афгане ни одной царапины. В его подразделениях ни одной потери, ни одного подрыва.
27 июля 1987года. Семь человек — саперно-подрывная группа. День стоял солнечный, без стрельбы, а работа представлялась обычной: четыре заминированных метра в ширину, около восьмидесяти в длину. С одной стороны минного поля, забор из камней — дувал, с другой — дорога и арык.
Закончили два ряда, сели, покурили. После короткого отдыха пошли по протраленной полосе.
Как вспоминал потом Олег, работа шла легко, волнения не было, сердце не ёкнуло, не предупредило о беде. А беда притаилась на глубине в пять сантиметров. Он поставил ногу туда, где разминировано, где мины быть не могло.
Взрыв.
…Очнулся в реанимации. Солнце, тишина, птицы так поют, что через двойные рамы слышно. Жизнь в этой солнечной больничной палате разделилась надвое: на до и после. Откинул одеяло, левая нога цела, правой — нет. Потом Оксана, врач—анестезиолог, расскажет ему про операцию, и он, слушая её, будет радоваться тому, что остался жив. — В 15:00 начали… аппарат искусственного дыхания… большая потеря крови.… Если к 19:00 не сделает самостоятельный вдох, то… Он сделал этот вдох, глубокой ночью…
Красную Звезду Олег получил до ЧП. Орден боевого Красного Знамени и медаль «За отвагу» — после, в госпитале. Известно, что сапер ошибается лишь раз в жизни. А если остался жив, значит еще не ошибся. Дальше одиннадцать месяцев на больничной койке и костыли. Мучения с протезом, мышцы не хотели срастаться. Но жизнь продолжалась. Замечательный мастер Виктор Самуилович Полищук сделал новый хороший протез. Олег научился ходить, и хромота почти не заметна. Снова служба в войсках, но уже в должности преподавателя одной из кафедр факультета пограничных и внутренних войск военной академии имени В. Куйбышева. А потом начальником Центра оперативно — пограничных исследований ФСБ РФ.
После окончания школы прошло много лет. И зовут нас уже по имени и отчеству. Но для меня он просто Олег. Одноклассник.