Мы встретились в холле одной из гостиниц Тюмени. Узнали, в каких номерах расселены беженцы с востока Украины. Пошли поприветствовать их на сибирской земле, поговорить.
По состоянию на 31 марта 2022 года благодаря департаменту социального развития Тюменской области смогли получить временное проживание и содействие в дальнейшем устройстве на новом месте три семьи. Остальные бежавшие от войны люди разместились у родственников. Это примерно несколько десятков семей.
Андрей Александрович Якунин, директор центра помощи и церковно-общественного проекта «Милосердие», со своим заместителем по социальной работе Ольгой Игоревной Трепетен пришли с детьми. И это оказалось очень кстати.
В первой семье, к которой мы зашли в гости, было пятеро детей. Я передал им икону Богородицы и Новый Завет – дети тут же нашли для иконы место. Эта семья была из-под Харькова: ехали, шли пешком, опять ехали, добирались до Москвы, оттуда им купили билеты до Тюмени. «Вы все очень, очень добрые. Нам говорили, что россияне будут отбирать детей, много другого плохого нам делать, но мы видим совсем другое... С прежним местом нас уже ничего не связывает, и возвращаться некуда. Хотим остаться в России. Подала на детские – сказали, что уже человек двадцать оформили пособия. Муж ищет работу, строитель». Лучше всего нашли общий язык дети: они общались, не обращая внимания на взрослых.
Марина (имена изменены) попросила помочь крестить дочку: крестную не могли найти и на Украине, тем более сейчас, а оставлять человека некрещеным в такое время нельзя.
В других комнатах было еще две небольшие семьи: мама с ребенком и папа с дочкой. Они уже знали, куда ехали. Владимир жил некоторое время в России в 2014 году, а Ольга родилась в Тюмени. Они из Донецкой и Луганской народных республик, поэтому им очень хорошо известно, на чьей стороне правда в этом многолетнем кровавом конфликте.
Папа с дочерью вдвоем, мамы нет – не спрашиваем... Но только благодаря этому обстоятельству он смог выехать из Луганской республики как единственный кормилец: все мужчины либо на ответственном производстве, либо на фронте. Да-да, на фронте. Это для нас в России то, что началось 24 февраля, – специальная военная операция, а для них это война, где есть враг и линия фронта. И война эта длится восемь лет.
У нас в храме в Кулаково на праздник Крещения Господня был в гостях преподаватель из Луганска (если честно, удивило, но и порадовало, что там есть еще какие-то учебные заведения, студенты). Позвали на трапезу. Рассказывал, как батюшка на их приходе в 2014 году организовал ежедневное питание до 300 человек. Украина бьет по подстанциям – нет света. Нет света – нет воды: насосы не работают. Газопроводы перебивают целенаправленно. А на приходе священник раздобыл генератор: есть вода, а готовить можно и на огне. Тогда, 19 января, обо всем этом говорилось в прошедшем времени...
Но вернемся к сегодняшнему дню. Ольга устроилась на работу, Владимир пока в поисках. Но дети уже ходят в школу, закончили третью четверть в Тюмени.
Ольга спросила: почему, когда я захожу в храм, всегда плачу? Поговорили и об этом. Я посоветовал подготовиться к Причастию и в воскресенье прийти в храм, икона в комнате теперь у них есть. Она с охотой согласилась, сказав, что и дочь возьмет с собой.
Андрей Александрович и Ольга Игоревна передали продуктовые и вещевые наборы, подготовленные при поддержке отдела по социальному служению и благотворительности Русской Православной Церкви. Обменявшись телефонами, мы тепло попрощались.
Батюшку из ближайшего храма я попросил связаться с нашими беженцами (тяжелое слово «беженцы», но уж как есть) – покрестить ребенка, помочь подготовиться к Причастию, на что он с готовностью откликнулся.
Да, и еще. В субботу всех поведут в цирк – и детей, и родителей. Пусть им будет тепло и, насколько возможно, спокойно на тюменской земле.
Протоиерей Григорий Мансуров, г. Тюмень