Украинский конфликт: конкуренция между русским и украинским национальными проектами или почему многонациональные россияне не имеют прав на Чернигов.
Один из самых главных оппонентов "русских националистов" политик Максим Шевченко любит повторять, что национальность т.е. идентичность в голове у человека и величина эта умозрительная.
Шевченко говорит правду, но не всю.
Нация - это коллективный миф народа о самом себе. Современные нации (нации промышленной эпохи) появились со строительством железных дорог и введением школьного образования. Они были и раньше, но именно школа и мобильность населения создали нации современного типа. Им были характерны «большие рассказы» о себе: набор стандартизированной информации, об этнической, культурной, религиозной и мировоззренческой истории народа, его целях и задачах в будущем.
В широком смысле нации появлялись там и тогда, когда все сословия одного общества участвовали в формировании государства на фоне предшествовавшей этому войны, революции или смуты. Нации как и алмазы рождаются из «породы» под давлением истории.
Немалую роль в формировании наций играла религия и конкретная церковь (католическая, протестантская, униатская, православная). Очень часто именно церковь разделяла единый во всех смыслах народ на две враждующие нации.
Самые очевидные примеры: русские и поляки, сербы и хорваты.
Русская нация — как состоявшаяся политическая общность людей, государства и территории впервые появилась 16 января 1613 года во время Земского собора после победы над интервентами. Русские сформировались как политическая нация намного раньше чем большинство европейских народов.
Германцы оформились в нацию лишь в конце 19-го века, после 200 лет борьбы. Французы дали старт гражданским нациям в конце 18-го- начале 19-го века после Великой французской революции.
Нацию от народа отличает прежде всего наличие государства, и уже во вторую и третью очередь наличие городской культуры (сельская культура есть у всех народов), развитого языка, интеллектуальных центров и тд и тп. Народ не имеющий государства не может в полном смысле стать нацией. Он либо должен обрести независимое государство, либо образовать протогосударство внутри другого более крупного.
Хорошие примеры - Татарстан или Чечня в России. С точки зрения ключевой составляющей - своего государства, татары и чеченцы безусловно являются нациями. Татары - устойчивой в истории культурной нацией, чеченцы - молодой нацией находящейся в стадии формирования, под мощнейшим воздействием Ислама.
Можно долго спорить, что является исходной точкой формирования нации: этническая общность, языковая общность или религиозная общность. Скорее всего все три слагаемых в большей или меньшей степени.
Сильные народы после национального оформления чаще всего начинают вести военную, культурную и торговую экспансию, покоряя, уничтожая, или вбирая в себя другие народы.
Так сугубо этническая общность постепенно превращается в многонародную нацию, где один из народов становится несущим стержнем и «титульным листом» нации. Именно такой многонародной нацией с русским этно-культурным стержнем является русская нация.
Французскую, немецкую или китайскую нацию сторонние наблюдатели представляют как монолит. Тогда как французы состоят из десятков субнародностей, и их оформление в единую нацию состоялось не позже 200 лет назад, немцы состоят из двух разных народов: собственно немцев (саксов) и славян (лужицких сербов- венедов), которые были онемечены в последние 200 лет и тд. Китайская нация до сих пор не является монолитом, а китайский язык в одних провинциях не понимают в других. Китай еще не до конца прошел даже языковую национальную унификацию, завершенную в Европе 200-400 лет назад.
Если отстраниться от постсоветской терминологии, то Киев, Чернигов, Харьков, Сумы и другие города — это не Украина, это конкурентное пространство между двумя национальными проектами: русской политической* нацией и политической* нацией украинцев.
* - словом политическая нация мы обозначаем сложносоставные нации или нации созданные искусственно под воздействием политических задач.
Так же, как история сербского народа началась в горах современной Черногории и Косово, история русской нации и государственности началась в Чернигове и Киеве. А Харьков некогда был центром русской инженерной мысли и гордостью России.
Дихотомия русских и украинцев оставалась бы милой культурной бранью между любящими супругами, если 100 лет назад в дело не вмешались большевики с программами коренизации украинского населения и искусственным насаждением украинской идентичности. Об этом больше других уже сказал Владимир Путин, и он прав.
Но на пути конкурентной победы за историческую русскую землю и проживающей на них людей стоит проект многонациональной России — наша собственная государственная самопрезентация. Дело в том, что с точки зрения концепции многонациональной России никак нельзя объяснить, почему Россия претендует на Чернигов, Харьков и Киев.
Если рассмотреть историю русской государственности от самых истоков до последних дней, то единственным связующим звеном между всеми ее противоречивыми формами выступает только русский народ. Без центрального места русского народа в историческом процессе российской государственности невозможно объяснить претензии России на Крым, Донецк, Чернигов, Одессу, и даже на Москву.
Президент Путин регулярно в своих устных речах проговаривает именно русскую политическую идею, но всякий раз опирается на идею многонациональной России. В концепте многонационального народа нет места русским, точно также, как этого места у русских нет в концепте украинской нации.
Оба национальных концепта отвергают русских как исторический субъект, и единственное что остается — это русский язык, на котором в России надо разговаривать официально, а на Украине официально на нем говорить нельзя, но все говорят.
Внутренняя русофобия российской государственности ограничивает социально-политический потенциал мобилизации русского народа и превращают русскую идентичность в отрицательную (обязанности есть, преимуществ нет).
Национальная идентичность — это коллективный миф: рассказ народа о самом себе. В России русский народ о себе ничего не рассказывает, а политики иногда рассказывают, что русские — это такая всепрощающая тягловая лошадь, которая тащит повозку с веселой гурьбой сотен народов из ну откуда в никуда. Русские от такой идентичности отказываются. Никому не хочется постоянно обслуживать чужой праздник жизни.
Украинцы, напротив, избавились от любых преград мешающих им строить сугубо русофобскую нацию и Антироссию. Их претензии на Киев, Чернигов и Харьков стоят на твердых государственных и культурных границах, очерченных большевистским договором об учреждении СССР 1922 года.
В этом году украинской политической нации созданной большевиками исполнилось ровно 100 лет*. Там где будет развеваться украинский флаг уже никогда не будет России и русских, а позже и русской культуры и русского языка.
* - сторонники украинской идеи указывают нам, на то, что самоназвание Украины существовало и раньше, что развитие украинской нации происходило на протяжении сотен лет, пока не попало под "пяту русского империализма". Это вполне большевистский подход. Самоназвание Украины действительно существовало и раньше, оно отражено и в сочинениях классиков русской литературы. Однако на момент первой русской революции 1905 года - сторонники украинской нации и государственности были совершенными политическими маргиналами, которых никто всерьез не воспринимал. Чаще всего это были жители Малороссии с иудейскими корнями и откровенно русофобской повесткой. Малороссы себя из русских не выделяли, и не выделялись ни языком ни культурой, будучи составной частью большого русского народа.
Между внутренней и внешней самопрезентацией русских существует колоссальная пропасть. В мире никто не знает о многонациональной России, в которой юридически не существует русских. Большинство стран мира даже не делает разницы в оттенках нашей государственности, для них что Российская империя (Russian Empire), что Советский союз, что Россия — это разные предприятия одного русского государства.
Сначала русские несли восточное христианство, потом какое-то время несли социализм как религию, а теперь все те же русские думают, какую идею им нести дальше.
Русские — были и будут военным мессианским народом.
На этот счет нигде кроме России никаких сомнений нет. Идея, которую могли бы нести в мир русские лежит на поверхности: идея нравственного и гендерного консерватизма, взаимоуважения и равноправия людей и народов - переработанные идеи Достоевского.
Большинство мировых наций знают Россию как Russia (англ) или Rusia (исп). В китайском есть два иероглива буквально обозначающие "русское государство". С индийского языка Хинди перевод нашего имени - «Русс». Иврит также называет нас Русия. Германоязычные племена именуют нашу страну Русланд/Руслан. Западные славяне называют нас Руско. Только наши старые соседи финны, запомнили и записали наше древнее название: Вэная (Венеды). Россия попала в русский язык из греческого, где нас с 10 века именуют Росия. Тут важно отметить, что вплоть до начала 20-го века корни рус-рос были 100% синонимами, которые не разделялись политическим смыслом.
Весь мир понимает нас как русских, которые живут в стране Русия/Руссия (в стране русских). Захлестнувшая Запад волна русофобии также была направлена не против «политического режима Путина», а против всех русских, всех кого Запад считает «русскими» (включая олигархов Фридмана, Авена и Дерипаску), и против всего, что с русскими так или иначе связано.
На западе не существует наших внутренних различий и противоречий «многонациональной России», они не выделяют из русских другие народы. Кроме украинцев, конечно.
Только в самой России нет ни одного упоминания о русских ни в одном федеральном законе или конституции. У нас по доброй традиции наступления на старые грабли после неудачной попытки построить советский народ, из которого выписались все кроме русских, теперь строят народ многонациональный, из которого выписываются все... кроме русских. Россияне - это оксюморон. Такой же, как и многонациональный народ.
Самопрезентация русского народа внутри России исключает из презентации русский народ, отправляя его в массовку большой батальной сцены, где героический чеченец бьет подлого украинца, а дерутся они на фоне какой-то безмолвной массы безголосых персонажей - это вот и есть русские.
В мире собственной самопрезентации украинцы, рожденные от брака Гитлера и Бандеры, бьются за «украинский город Чернигов» с многонациональными россиянами состоящими из бурятов, мокши и финно-угров, никакого права на Чернигов не имеющих.
В Кремле до сих пор бытует мнение, что если русские официально станут ведущим народом России - это может обидеть национальные меньшинства, и побудить их к сепаратизму. Парадокс же состоит в том, что даже среди интеллектуальных элит российских национальных меньшинств бытует устойчивое мнение, что русские должны публично возглавить союз российских народов.
Когда Россия возьмет наконец-то на вооружение близкий по содержанию, но совсем другой по смыслу концепт "Мы русские совместно с союзом всех народов России, связанные общностью культуры, истории, судьбы и языка объединились в русскую политическую нацию", появится причина, по которой мы идем на Чернигов, Мариуполь, Одессу, или даже на Варшаву.
Потому, что у многонациональной России нет никаких исторических прав, кроме права заложенного большевиками: развалиться из тюрьмы народов на два десятка национальных государств, тем самым предвещая переход от социализма к коммунизму.
Зато у русского народа есть четкое историческое право: возглавить все славянские народы Европы, заключить в дружеские объятия тюркских мусульман, и протянуть крепкую руку дружбы нациям Азии. В этом и есть историческая суть и миссия России — быть центром синергии европейских и азиатских народов под руководством русского народа.
На вопрос: Россия Европа или Азия, можно ответить с уверенностью — Россия это отдельная цивилизационная мирсистема, которая является самой большой Европейской страной в Азии.
Преодолеть разрыв между внутренней и внешней самопрезентацией России — вот ключевая задача для российских элит и государства. Если элиты сами не захотят стать русскими, их это заставит сделать Запад.
Читайте в телеграм