Не знаю как другие, но я проводила своим детям ликбез по деликатным вопросам три раза согласно стадиям их взросления.
Первый был в совсем юном детсадовском возрасте на стыке со школой. Я объяснила значения трех основных корней той самой обсценной лексики. Вот так запросто и объяснила. Судя по понимающим взглядам, даже и опоздала немного.
Второй раз деликатные беседы состоялись накануне пубертатного периода. Вот здесь я совсем не опоздала.
Помню, как вместо разговоров со мной стеснительная мама положила в книжный шкаф с детской литературой книжку соответствующего содержания. Из серии, что нужно знать подростку о своем организме в период полового созревания. Если честно, то я была не менее стеснительная и раскрыть ее не смогла, так как мне и в голову не пришло, что это для меня. А название было пугающим.
Поэтому со своими детьми я говорила обо всем с легкостью и с необходимыми подробностями. А они, нужно отдать им должное, еще и вопросы задавали уточняющие.
Ну и третий, замыкающий разговор был посвящен вопросам безопасности. Вот тут, конечно, интереса было значительно больше. И уточнений тоже.
Это я к тому, что мой вполне себе просвещенный пятнадцателетний сын часто в прошлом году возвращался поздними вечерами из конюшни в пригороде на такси.
Такси заказывала я через приложение, где можно отслеживать весь маршрут on-line и ставить маркер, что заказ сделан для третьего лица. Ну и по телефону был контроль, понятное дело. "Сел в такси? - Сел. - Все в порядке? - Да".
Общественный транспорт уже в это время ходил неважно, такси было оптимальным.
Ребенок у меня уже на тот момент внешне был очень убедительным. Рост 190 с усами.
Такси перед парадной встречала я, приветствовала ребенка, расплачивалась с водителем.
Ну вот как-то все пошло по обычной схеме.
Такси заказано. Ребенок сел, отчитался звонком. Маршрут построен, машинка на карте едет.
Спускаюсь я на улицу. Такси как раз подъехало. Я здороваюсь с водителем, протягиваю деньги, говорю ребенку "Привет, ребенок!". Ну или что-то похожее. Водитель резонно заметил: "Ну какой это ребенок?". Я ответила привычно: "Пятнадцать лет еще ребенок".
Глаза водителя меня поразили. В них было изумление, смятение и, пожалуй, неловкость.
Ребенок был доволен. Он тонко улыбался, весело перебирая своими ногами сорок седьмого размера в сторону парадной.
Ввиду позднего времени (конюшня для нас дело долгое и непредсказуемое по времени), у меня не было сил выяснять столь явный поведенческий диссонанс.
Дома, отмытый от лошадиных запахов сын весело хихикал со своей сестрой на кухне, поедая второй ужин.
Я, понятно, без всяких сомнений, наконец, попросила уточнений в отношении пронизанных отчаянием глаз таксиста.
Сын рассказал, что терзаемый исходящим от него лошадиным духом таксист стал расспрашивать его про верховую езду. Потом перешел на наездниц. Ну и завертелось, поймите правильно.
Ребенок заметил, что частично он располагал информацией, а вот кое-что было действительно интересно.
Я, если честно, была в глубоком шоке. Понятно, что водитель не соотнес возраст и внешность юноши.
На мой вопрос, почему ты не остановил разговор, ребенок ответил, что все было практически в режиме монолога.
Водитель оказался увлекающимся человеком и развил тему самостоятельно.
А прерывать было жаль, так как интересно.
И водитель, когда осознал с моей помощью, что юноша еще совсем юн, определенно смутился.
Понятно, что лично для меня эта ситуация крайне неприятна. Дети, правда, повеселились. Ну и как обычно, морали никакой нет. Разве что, я поставила вопрос перед ребенком о более ранних возвращений из конюшни, чтобы успевать на рейсовый автобус.
Друзья, буду рада видеть вас также и на своем телегам-канале Семья и психология.
Навигация по каналу Семья и психология