Немного забавно, но взрослые очень похожи на детей.
За что мы, учителя, можем ворчать на детей? За то, что не слушают, шумят, отвлекаются, не делают то, о чем их просят. А ведь мы сами ничем не лучше.
Сегодня у нас в школе проводились курсы: нам рассказывали о введении нового образовательного стандарта, который будет окончательно внедрён первого сентября 2022 года.
Информация важная, полезная. Нам всем в этой "каше" вариться. Но. Но видели бы вы, чем занимались практически все многоуважаемые педагоги. Кроме тех, разумеется, кто сидел на первых партах (ничего не напоминает?😁). Играть в телефонные игрушки, "залипать" в соц. сетях, шушукаться и хихикать - вот главные занятия учителей сегодня, вне зависимости от их возраста и стажа.
Сама я тоже не в "белом пальто" и вовсе не ябедничаю. Я конспекты на сессию писала. Сессия ещё не началась, а я уже ничего не успеваю. В общем, как обычно в таких ситуациях.
Повторюсь - всё это забавно выглядит со стороны. Мы требуем от детей тишины, внимательности, отдачи. А сами? А ведь сами мы точно такие же. Хихикаем в ладошку, сидя за задней партой. Шушукаемся, будто не понимаем, что нас всё равно слышно. Пишем друг другу записочки. Упорно не убираем телефоны с парт и злостно играем или листаем ленту.
Мы - взрослые дети.
А может, взрослость - выдумка? И мы просто выросшие дети?
Есть один хороший литературный пример на эту тему. О котором обычно не говорят, потому что эта тема в произведении - не преобладающая. Я об "Уроках французского" В.Г. Распутина. Обычно на уроках литературы говорят, что "нельзя на деньги играть", что "нужно друг другу помогать". А мне понравились слова учительницы о взрослости.
Учительница — так другой человек, что ли? Иногда надоедает быть только учительницей, учить и учить без конца. Постоянно одергивать себя: то нельзя, это нельзя, — Лидия Михайловна больше обычного прищурила глаза и задумчиво, отстраненно смотрела в окно. — Иной раз полезно забыть, что ты учительница, — не то такой сделаешься бякой и букой, что живым людям скучно с тобой станет. Для учителя, может быть, самое важное — не принимать себя всерьез, понимать, что он может научить совсем немногому. — Она встряхнулась и сразу повеселела. — А я в детстве была отчаянной девчонкой, родители со мной натерпелись. Мне и теперь еще часто хочется прыгать, скакать, куда-нибудь мчаться, что-нибудь делать не по программе, не по расписанию, а по желанию. Я тут, бывает, прыгаю, скачу. Человек стареет не тогда, когда он доживает до старости, а когда перестает быть ребенком.
Так почему же тогда мы настолько многого требуем от детей? Если мы и сами - дети? Зачем мы хотим, чтобы они были взрослыми и серьёзными, если не можем быть такими сами?
Наверное, всё дело в мере. Мера должна быть у всего: у шума на уроке, у количества заданий, у ворчания, у шуток. У всего. И если мы сверх меры ворчим - плохо. Если сверх меры шумят дети - плохо.
Осталось понять, как найти золотую середину, чтобы было "хорошо".
