Иосиф Виссарионович Сталин – кто он? Великий революционер и вождь народов, думающий лишь о благе советских граждан или кровавый диктатор, узурпировавший власть практически на четверть века и уничтоживший всех своих врагов без суда и следствия. Споры о том, каким на самом деле был первый генсек коммунистической партии, не утихают и сегодня. Его жизнь и политическая деятельность окутаны бесчисленным количеством мифов и догадок. Однако совершенно точно можно утверждать, что Иосиф Виссарионович является одной из самых знаковых фигур не только в российской, но и мировой истории.
Еще из школьных уроков мы помним, что имя вождя прочно связанно с такими понятиями, как «коллективизация», «индустриализация» и «репрессии». Явления крайне сложные и неоднозначные. При этом тяжелые и порой даже жестокие шаги предпринимал Сталин не только на посту главы государства, но и в личной жизни, о чем свидетельствует, например, фраза: «Я солдата на фельдмаршала не меняю». А ведь речь шла об обмене пленного Паулюса, на родного сына, Яшу.
Но, пожалуй, самым обсуждаемым периодом его правления можно считать годы Великой Отечественной Войны, особенно ее первые дни. Так огромные потери и позорные поражения 1941 года зачастую приписывают в вину лично вождю народов, который среагировал не своевременно и необдуманно. Другие же ссылаются на заговор генералитета, из-за которого советская армия и оказалась в столь плачевном состоянии еще в самом начале. В частности, историки до сих пор выдвигают разные версии того, знал ли товарищ Сталин о приближающемся нападении; какими были его первые шаги и где конкретно он находился в ночь с 22 на 23 июня. Но давайте обо всем по порядку.
Несмотря на то, что напали на нас «вероломно», «без предупреждения», войну мы ждали. И ждали еще с 24 мая, о чем говорят многочисленные донесения разведки о планируемом немецком наступлении. Тогда напрашивается вопрос, почему же наши войска были так плохо подготовлены, почему так быстро сдали позиции? И тут, исходя из разных источников, имеется несколько вариантов.
В дневнике Жукова, а также других творениях хрущевской эпохи мы видим растерянного и напуганного Сталина, находящегося не на рабочем месте, а вообще, на даче. Да, вопрос с его местопребыванием в тот злополучный момент до сих пор не раскрыт. И жуковские записи, и «журнал посещений» написаны как-то кривинько. В первом маршал не знает о существовании коммутатора с оператором на даче и звонит лично вождю, а затем описывает его состояние в дни своего отъезда. Второй был как-то наспех заполнен, да так, что даже инициалы не проставили.
Существуют и более бредовые версии, например, военный историк и писатель В. Жухрай утверждал, что некий доктор, с литературной фамилией Преображенский, поставил вождю флегмонозную ангину, от которой, по-видимому, тот смог исцелиться всего за пару дней и без операций. История болезни, конечно, не сохранилась.
Но, даже несмотря на предполагаемое отсутствие лидера в Кремле в ту ночь, нельзя пройти мимо «директивы №18» о приведении войск в «повышенную» и «полную боевую готовность». А вышла она аж за 4 дня до наступления немцев. Туда же можно отнести и «директиву №1», которая почему-то поступила в военные округа с нехилым таким опозданием. Получается, приказы отдавались, но почему же тогда их сразу не выполняли? А все это указывает на возможный саботаж со стороны, таких высокопоставленных лиц, как Павлов, Жуков и Тимошенко.
Об этом же говорит и перенесение войска с белорусского направления на украинское, руками все тех же Тимошенко и Жукова. А ведь уже тогда разведка докладывала о трех ударных группах, в числе которых была именно белорусская. Стоит ли вспоминать о том, что Георгий Константинович не раз предлагал главнокомандующему сдать столицу. А в 1956 году стал верным соратником Никиты Сергеевича, очернившего личность Сталина.
Выходит, заговор все-таки существовал? Очевидно, что, да, только возник он не на ровном месте и не под предводительством выше упомянутых фамилий. Своими корнями он уходит и в «дело Тухачевского» 37 года, а может и еще раньше, к противостоянию Сталина с Троцким, у которого в СССР осталось немало соратников.
Более того, информация о заговоре присутствует в мемуарах Гитлера, Черчилля, Геббельсона, что дает основания предполагать их личное участие в нем. Об этом же свидетельствуют и поездки в Британию Гесса, второго лица нацистской Германии. Такая версия, к слову, вполне логична, ведь при совместно ударе немцев и оппозиции, каждый из заговорщиков мог получить желаемое.
Досадно, что большая часть документов того времени не сохранилась, а остатки, в последствии, целенаправленно уничтожены. Воспоминаний тех, кто, по моим соображениям, не кривил душой, вообще никогда не вышли в печать. Верно, в свое время, сказал маршал Конев: «Врать не хочу, а правду все равно написать не позволят».
Вот и получается, что нам с вами остается только собирать по крупицам сведения о тех страшных первых днях войны и гадать, было ли это упущение генсека, питавшего себя надеждами, что война так скоро не начнется или же специально-спланированный заговор несогласных с вождем. А как считаете вы? Пишите в комментариях!