МОСКВА

СерафимаВанна любила Москву. Ей все нравилось: шум, суета, метро, магазины.

МихалВладимыч Москву не любил: шум, суета, метро, магазины.

СерафимаВанна закупалась в Москве продуктами, тряпками, нитками, подарками, всякой ерундой.

МихалВладимыч водил Алёну по выставкам, театрам, музеям и книжным.

Вместе они бывали только в гостях, зоопарке и на Красной площади.

В Москве у СерафимыВанны брат с сестрой.

Останавливались в стерильной АнныВанниной квартире. Вечерами сёстры пили чай и разгадывали кроссворды.

К брату ходили в гости. Его супруга СерафимуВанну терпеть не могла. Мрачно дымила «Беломором» в форточку и язвила по любому поводу. Как-то СерафимаВанна ляпнула, что ее дочка Ниночка приёмная...

«Пустяки! Чего Катя взъелась? Было бы за что переживать?!» - удивлялась СерафимаВанна.

ПетрВаныч благодушествовал, в бабские склоки не лез.

ВикторСергев - пятый муж АнныВанны - уфимских гостей не любил. Одно беспокойство: то чай, то гости, то магазины. Утро начинал оперной арией в ванной. На день запирался в своей комнате.

Если сёстры выдвигались в город, покорно тащился с ними, но непременно по другой стороне улицы. В метро в один вагон с ними не садился. «Нюся, как ты с ним живёшь? Он ненормальный!»- беспокоилась СерафимаВанна.

МихалВладимыч своего брата в Москве никогда не навешал. Не звонил. Не хотел встречаться. Не хотел вспоминать. Жизнь их ещё до войны развела.

ГУМ, ЦУМ и Детский Мир затягивали СерафимуВанну торговой паутиной. Она все любила: шляпы, шубы, блузки, бусы, часы, сумки, туфли.

МихалВладимыч с Аленкой ныряли в Третьяковку и Музей изобразительных искусств. МихалВладимыч с удовольствием погружался в античные, рыцарские истории, средние века и эпоху возрождения. Аленка слушала, смотрела во все глаза. Долго бродили по залам с молчаливыми мумиями, скульптурами, барельефами, картинами. Всегда вместе.

Выполнив московскую программу, закупившись на год всякой чепухой и деликатесами, СерафимаВанна заканчивала визит. На дворе мок октябрь, подбирались заморозки.

Домой возвращались на поезде. Никакой самолёт не вмещал СерафимаВанниного багажа. Не менее 12 мест. Корзины, картонки, коробки, чемоданы, только что без «собачонки».

МихаилВладимыч вез альбомы картинных галерей, дорогие кисточки и акварельные краски.

Аленка новой кукле рассказывала о «маленьких лебедях» в Большом.

Сутки по железной дороге под перестук колёс и звон ложечки в стакане.

До встречи, Москва!