...Медленно гудя парами, уверенно раздвигая кильватером летнюю прибрежную растительность, к небольшой провинциальной пристани приблизился элегантный пароходик. На борту красовалась надпись: "Маша из Фейсбук"
Олег и Таня переглянулись.
- "Маша из Фейсбук"? Фи! Кто же так пароходы называет?
- Эх, Танюша, нам ли быть в печали!
Пароход дал два гудка, и окончательно ткнулся деревянным носом в земляной берег. Матрос-такелажник проворно и ловко установил деревянный трап, по которому на берег спустились пассажиры. Их было совсем немного: несколько баб в ватных телогрейках явно деревенского вида, видавший виды дедок в кирзачах и молодая стройная девушка в светлом, развевающемся на ветру платье. В руках она держала небольшой фетровый чемоданчик, обута была в легкие босоножки, а прическа-каре очень шла к её доброму и по-азиатски овальному лицу.
- Ходченкова, глянь Олег, вот клянусь, Ходченкова как есть!
- Таня, я тебя ни на какую Ходченкову не променяю.
Проходивший мимо Олега и Тани дедок в кирзачах пыхнул самосадом, закашлялся и хрипло пробурчал:
- Учителка к нам в школу приехала новая, из району прислали. Будет таперича тута жить, ага...
"Учителка" легкой, почти летящей походкой подскочила к подъехавшему автомобилю системы "УАЗ", открыла дверь, закинула чемодан и села сама. УАЗ тронулся и запылил по дороге.
- Председатель за ней машину послал даже, ух ты какая важная цаца...
- Таня, для меня важней тебя никого нет!
Тут раздались ещё два гудка, это пароходик уже собрался отчаливать. Убравший трап матрос-такелажник стоял, облокотившись на поручни, покуривая и поплёвывая в воду. Розоватые лучи заката красиво освещали берег, гладь реки и темнеющие вдали заливные луга. Олег с Таней, взявшись за руки, медленно шли от пристани домой.
Наступала волшебная деревенская ночь...