Осенью1981 года я и двое моих сокурсников уехали работать в Каплан-Кырский заповедник в Туркмению. Контора заповедника находилась в городе Ташауз. Нам как молодым специалистам обещали квартиры. И это было существенно в выборе работы.
Когда мы прилетели из Ашхабада в Ташауз, то прибыв в контору к месту распределения обнаружили, что директора заповедника нет. А именно он обещал мне и Володе Шубенкину жилплощадь, когда мы ездили сюда на разведку в феврале. Бухгалтер предложил нам пожить в гостинице, пока директор не вернется из поездки на территорию заповедника. Естественно оплата гостиницы за счет предприятия.
Но прошла неделя, и счета за проживание в двух номерах выросли в неприличную сумму. Директор всё же решил искать нам жильё. И оно нашлось. Заместитель по научной работе, узбек по национальности, привёз нас в частный дом в узбекскую семью. Со словами: пока тут поживите, а когда квартиры будут распределять, мы вам выделим.
Честно говоря, такой вариант мы ожидали. Так что возмущаться не стали. Комнаты были большие, дом теплый, с газовыми голландскими печками. Разве что удобства на улице. Но и зиму мы ожидали южную. По незнанию.
Дом был четырехкомнатный, кухня в большом коридоре, соединяющим комнаты. Хозяйка дома Тазыгуль, примерно сорока лет, работала на железнодорожной станции и растила одна пятерых детей. С замом по науке они были то ли родственники, то ли хорошие знакомые. Поэтому оплата квартирантов стала дополнительным доходом семьи.
И комнаты нам выделили самые просторные. Я жила в комнате около 25 кв.метров, а у ребят комната была проходная (в мою) ещё больше, метров тридцать. А вот печка была одна, только у ребят. И стол был только один, там же. Из конторы мы привезли три стула. Так что завтракали, ужинали и писали письма вот за этим единственным столом.
В моей комнате была высокая железная старинная кровать. А на ней ворох матрасиков, почти до потолка. Когда в доме собираются гости, то вокруг скатерти с явствами на полу раскладывают эти вот матрасики, примерно 2-3 см толщиной. Чтобы гостям было удобно сидеть на полу. Мне разрешили убрать эту груду с кровати. И ещё в комнате был буфет из 60-х годов. Там хранились чайники и пиалушки в неимоверном количестве. Видно большие застолья были раньше в этой семье или так положено.
А вот ребятам пришлось спать на полу. Правда и матрасы им привезли нормальные, толстые ватные. В качестве экспедиционного снаряжения, и ещё спальники выдали какие-то военного образца. Зато подушек было у них в комнате было много. Полы в доме все были покрыты настоящими туркменскими коврами. Это мы потом узнали, что в Чарджоу есть ковровая фабрика, и ковры там делают шерстяные, а не синтетику.
На кухне стояла газовая четырёх комфорочная плита с духовкой. Нам разрешили готовить на ней в любое время дня и ночи. Сами хозяева ужинали почти в темноте. Хоть у Тазыгуль и было три дочери, но чаще готовила она сама, а с работы возвращалась поздно.
Продолжение следует.
Дорогие читатели, если вам интересно, почему мы в Туркмении жили у узбеков, читайте продолжение. Поддержите меня лайками и комментариями, поделитесь с друзьями. Возможно им будет интересно узнать про жизнь в этой советской союзной социалистичекой республике 80-х.
С уважением, Елена
Теперь все рассказы про Туркмению, нашу жизнь и работу там можно посмотреть в подборке
#туркмения #жизнь в туркмении #жизнь в ссср #работа в ссср