Найти в Дзене
Марджелис

18+ "Игра в жизнь" - мне это все приснилось. Глава 14.

2. Глава первая: 1. Я молчаливо хлопал глазами, чувствуя, как ресницы нежно щекочут нижнее веко. Внимательно всматривался в истощенный и трясущийся силуэт Насти, сидящей на коленях в темноте и держащей мою голову на своих руках, будто боясь, что я ударюсь. Я отчетливо помнил, как бежал по огромному залу, в потемках, ориентируясь, лишь на кровати, выставленные ряд и маленькое, до ужаса жуткое пространство между ними. Помню, как увидел врача, вколовшего мне неизвестный препарат и также отчетливо помню глаза Кати. Напуганные, детские и опечаленные. - Как? Как семь дней? – прошептал я, с трудом говоря. Во рту пересохло и почему-то чувствовался отчетливый вкус железа, словно я съел целый килограмм. - Тебя сюда привели и усыпили. Ты упал, сильно ударившись головой. Почти два дня не приходил в себя, а потом, лишь изредка открывал глаза, ходил из стороны в сторону что-то бормоча себе под нос и не давал к себе прикоснуться. Постоянно что-то искал. Я все кричала тебе: - Леня! Леня! Это я. Неуже

Ссылки:
1. Предыдущая глава: 13.
2. Глава первая: 1.

Я молчаливо хлопал глазами, чувствуя, как ресницы нежно щекочут нижнее веко. Внимательно всматривался в истощенный и трясущийся силуэт Насти, сидящей на коленях в темноте и держащей мою голову на своих руках, будто боясь, что я ударюсь.

Я отчетливо помнил, как бежал по огромному залу, в потемках, ориентируясь, лишь на кровати, выставленные ряд и маленькое, до ужаса жуткое пространство между ними. Помню, как увидел врача, вколовшего мне неизвестный препарат и также отчетливо помню глаза Кати. Напуганные, детские и опечаленные.

- Как? Как семь дней? – прошептал я, с трудом говоря. Во рту пересохло и почему-то чувствовался отчетливый вкус железа, словно я съел целый килограмм.

- Тебя сюда привели и усыпили. Ты упал, сильно ударившись головой. Почти два дня не приходил в себя, а потом, лишь изредка открывал глаза, ходил из стороны в сторону что-то бормоча себе под нос и не давал к себе прикоснуться. Постоянно что-то искал. Я все кричала тебе:

- Леня! Леня! Это я. Неужели ты не узнаешь меня? – хваталась за твое лицо обеими руками и все заглядывала в твои глаза. Они были такими пустыми и безразличными, словно ты ушел куда-то далеко и от тебя осталось, лишь тело, которое бренно расхаживало по этому миру, в поисках собственного я.

Настя говорила это с трудом, направив взгляд в пустоту, будто снова и снова прокручивала эти сцены в голове и сердце ее от этого сжималось до боли.

- А как же Даша? Я был с ней, но что-то случилось, и мы потерялись. Я бежал…пытался найти ее. – словно ребенок заговорил я, понимая, что все воспоминания, которые я так четко помнил, оказались ложью. Выдумкой моего сознания.

- Не молчи, прошу. – слезливо умолял я, взяв ее за руку. Я чувствовал, как меня охватывает паника.

- Леня, тебя привели одного. Ты был с Дашей? Но, куда же она делась? – вытирая слезы, трепетно и с придыханием, произнесла Настя.

- Значит нас не было тут? Значит, что я все это придумал? Я совсем ничего не помню, Насть. – усевшись на пол и схватив голову руками, тем самым вцепившись в кожу ногтями, заговорил я, раскачиваясь из стороны в сторону.

- Прости. – лишь ответила она.

- Я искал тебя. Но теперь, не могу помочь. – отстраненно произнес я. Я, вдруг четко осознал, что ничего не чувствую. Не было боли или страха, ровно также, как и счастья от того, что я вижу Настю. Она жива и рядом.

Ее присутствие не было больше важным. Я осознал, что это конец. Выхода нет. Я бессилен. Я не знал, где Даша и больше не был уверен, даже в том, была ли она со мной все эти дни.

-2

- Я запутался. – сквозь слезы произнес я и упал на колени Насти, схватив ее, как можно крепче. Так хотелось, чтобы наконец стало легко.

- Ничего, Ленечка. Ничего. – поглаживая меня по голове, приговаривала она.

Настя говорила совсем тихо, почти шепотом. Я чувствовал, как тело ее трясется и руки покрываются мурашками от холода.

- Нельзя ведь сдаваться. – произнес я, сам в это не веря. Сил совсем не было.

- Нужно сдаться. – ответила она.

Тогда я, вновь поднял голову и заглянул ей в глаза:

- Как же?

- Отсюда выхода нет. Посмотри на нас. – произнесла Настя, немного повысив голос и поднявшись на ноги. Тело ее буквально стало прозрачным. Колени торчали из-под тонкого лоскута кожи, а поверх была надета длинная рубашка белого цвета, но от белого там, почти ничего не осталось. Рубашка была в пятнах и больше напоминала половую тряпку.

- Что же они с вами делают? – ошарашенно разглядывая ее вид, спросил я.

- Сейчас ничего. Нечего с нами делать. Ничего не осталось, все забрали. Закрыли нас здесь и оставили умирать. – вновь присев на холодный бетонный пол, рассказала Настя.

- Как же ты не поймешь? – заявил я. – Не готов я остаться с тобой здесь. Не готов закончить свою жизнь так и тебе не позволю. Мы выйдем отсюда, ясно? – произнес я, вдруг почувствовав, как сознание стало более четким и туман, стал постепенно рассеиваться.

Поднявшись на ноги, я стал внимательно рассматривать зал, где находился. Он был таким же, как и в моих ведениях. Только лишь в том была разница, что был он более очеловеченным.

-3

Там стояло несколько ламп, с трудом освещающих каждую койку. На расстоянии метра от стоящего светильника было уже ничего не видно, но если постараться перемещаться между кроватями возможно.

Отпустив Настину руку, я медленно, буквально на цыпочках, чтобы никого не беспокоить пошел по рядам, проводя руками по холодному железу изголовья коек.

Зал имел округлую форму, справа была самая его темная часть, где располагались широкие колонны из голого бетона, построены здесь, наверняка тогда, когда здание только построилось, но так и не было закончено, по крайней мере здесь.

Слева стояло гораздо больше светильников, кровати были приставлены изголовьем к стене и выстраивались в длинный ряд, который в конечном итоге приводил к огромной решетке, а за ней и к двери, через которую я тогда увидел врача.

Озадаченно подойдя к той самой решетке, я слегка потряс ее, наверное, для того, чтобы просто проверить. Механически. Решетка создала неприятный и достаточно громкий звук, что издавался эхом в зале.

- Хватит. – послышался изнывающий стон какой-то пациентки, лежащей на седьмой койке и прикрывающей голову подушкой.

Я не чувствовал себя в логове зверя. Пациенты приняли меня за своего, такого же обезумившего и потерявшего надежду. Среди женщин оказалось и несколько мужчин.

Мужчин там было всего пять и около двадцати женщин. Поскольку все пациентки разбредались по разным углам, я так и не смог сосчитать их точное количество. Мужчины были немногословны. А если быть точнее- совсем молчали. Не проронив ни слова, я даже позабыл о их существовании. Они лежали слева, у самой освещенной части, кровати их стояли рядом с дверью и чаще, они просто лежали, бездумно смотря в потолок, а иногда просто сидели, глядя в пустоту.

Иногда самые активные пациентки приходили к ним «в гости». Так они это называли:

- Я к тебе в гости, Пашутка. – громко хохоча и постоянно толкая их, говорила одна из них. Видя, что тот не реагирует, она громко ругалась и уходила.

Два дня я приходил в себя. Не мог в своей голове придумать, хоть какой-нибудь план. За решеткой- тишина. Словно там и не было никого. Никто к нам не приходил и даже не приносил еду.

Я внимательно наблюдал за Настей. Она изменилась. Дело было, даже не во внешности. Что-то в ней, будто сломалось. Глаза были пустыми и широко открытыми, зрачки, как маленькие черные точки, почти незаметны. Она все время крутилась у своей койки, обходя ее со всех сторон и бесконечно поправляла простынку. Сядет на кровать и сразу встает, идеально заправляя, потом вновь садится и снова встает и так постоянно.

- Кто все эти люди? – спросил я.

- Разные. Кто-то здесь уже много лет и до сих пор не помнит, как тут оказался. Но, говорят, что там, в прошлом было больнее, потому и не стремятся вернутся в мир. Кого-то привезли родственники несколько лет назад, с тех пор они здесь и их больше не посещали. – рассказала Настя, усадив меня на свою постель.

- А кто эти мужчины? Почему лежат вместе и не двигаются?

- Их с войны привезли. Не смогли разобрать, что с ними. Вот и оставил кто-то из главных. А родственников у них нет. Наверняка их главные, даже и не подозревают, куда отдали своих солдат. Что-то с ними случилось. Что именно- не знает никто. Они не говорят. Будто так и остались на поле боя. Только не телом, а душой.

- Что с тобой делали, Насть? – с жалость взглянув на ее точеные скулы и худенькие, дрожащие руки, спросил я.

- Ленечка, спаси нас и тогда расскажу. Нет у меня сил говорить об этом. – вложив мою руки в свои, произнесла она и положила голову мне на плечо.

- Я обещаю, что спасу нас. Обещаю. – шептал я с болью в сердце. Никогда в своей жизни я не испытывал подобных чувств: приглушенная и далекая боль, где был страх и непонимание. Я чувствовал ступор. Не знал, как такое возможно и что делать.

-4

На третий день, я проснулся от криков пациентки с 3 койки: ей было 37. Упек ее туда муж, как и Настю. Забрал ребенка, так и не приезжал больше. Платить он перестал и ту перевели сюда, надеясь, что она покинет этот мир самостоятельно.

Звали ее Ирой. Настя рассказала мне про нее, с трудом сдерживая слезы. Ночью я проснулся и слегка привстал на кровати, наблюдая за тем, как поднимается Настя и сонно бежит к ее койке, а после улегся обратно, смотря в потолок.

Настя уложила ее, как ребенка к себе на руке и стала успокаивать, голос ее, будто в церкви раздавался эхом по всему помещению:

- Тссс. – нежно шептала Настя. – Все хорошо. Все будет хорошо. – медленно и тихо протягивала она, как будто стараясь убаюкать ее.

Ира все кричала:

- Мой малыш. Мой маленький мальчик. – сквозь плач говорила она, а после, чувствуя Настю, понемногу успокаивалась и засыпала.

Утром, совсем ранним и промозглым, когда все спали, я лежал на боку и честно признаться рыдал. Атмосфера стала, столь гнетущей, что я был готов на все, только бы это закончилось.

-5

Спустя двадцать минут после пробуждения, я услышал, как дверь с решеткой тихонько отваривалась и тут же поднялся с койки, дабы убедиться в своей правоте. И правда. Я отчетливо видел силуэт Кати.

- Боже. – прошептал я про себя и тут же помчался к двери.

Катя, увидев меня, за секунду прошмыгнула за решетку.

- Катя. Умоляю, постой. – уткнувшись руками и всем телом в решетку, от чего испытав боль, произнес я.

Она с нежностью посмотрела на меня. Жалость, страх и разочарование- вот, что я прочел на ее лице.

- Прошу тебя, пожалуйста. – плакал я, протягивая ей руку. – Пожалуйста, за что? Помоги мне, пожалуйста.

-6

- Не могу. – опуская глаза, говорила она, вырывая руку.

- Где Даша? Ты знаешь, где Даша? – спрашивал я, боясь услышать ответ.

Она лишь отрицательно помотала головой, а после, прислонившись к решетке совсем близко, от чего я почувствовал запах ее цветочных духов, произнесла:

- Он сегодня придет за тобой. Берегись.

Продолжение следует.

Здравствуйте. Новая глава рассказа. Если вам понравилось, то поставьте, пожалуйста, лайки и напишите комментарий. Это нужно для того, чтобы я знала, что вам интересно и вы хотели бы видеть продолжение.
Благодарю за прочтение и уделенное время. Будьте счастливы.

Также вы всегда можете найти мои рассказы по тегу - марджелис

Целую, Марго.

#рассказы из жизни #рассказ #рассказы о любви #любовь и отношения #предательство мужа #читать онлайн #современный любовный роман #история спасения #марджелис