В названии организации, о которой сегодня пойдёт речь, уже содержится нечто странное. Ну, где Москва и где Хельсинки? Финляндия это отдельное государство, которое когда-то было в составе нашей империи, но то когда было-то? С тех пор сменилось уже несколько эпох. И выбирая себе название этой группе надо было как-то немного шире смотреть на вопрос. Да, понятное дело, что ориентировалась группа на определенные соглашения правозащитных организаций, но можно было бы выбрать себе в качестве названия что-то более близкое русскому или советскому человеку. Дело-то в том, что создавалась эта контора в 1976 году, когда Советский Союз был живее всех живых и у меня в голове как-то не укладывается целесообразность этой организации в то время.
То есть для чего создавалась она понятно – для дискредитации советского государства, но куда смотрели и чем думали партийные деятели, подписывая соглашения в Хельсинки большой вопрос. Почему никому не пришло в голову, что они вступают на хрупкий лёд западных манипуляций, где придётся играть по чужим правилам вопрос риторический. И естественно на него никто не даст ответа. Но мы точно знаем, что в результате этих соглашения в нашей стране появились так называемые правозащитники.
Сам термин на первый взгляд весьма хорош. Но в моём представлении правами человека должны заниматься люди с соответствующим образованием. Во всяком случае, само понятие права это подразумевает. У нас же по какому-то недоразумению правозащитниками в Советском Союзе становились люди, не имевшие должного образования. Зато у них имелись претензии к действующей власти и в большинстве случае банальное желание эмигрировать. То есть можно предположить, что задачи кого-то защитить, в общем-то, не стояло. Скорее те старые правозащитники расчётливо подготавливали себе вес для эмиграции. Кому в эмиграции нужен простой советский учитель? Никому, но если он сможет зарекомендовать себя борцом с властью, то этот капитал можно как-то обналичить. Звучит цинично, но вся история наших диссидентов намекает нам на то, что именно так и было.
Если взять и присмотреться к биографии Людмилы Алексеевой, то может оказаться, что ничего после себя она не оставила. Кто-то считает иначе? Так приведите же примеры именно созидательной деятельности, которая принесла какую-то пользу стране. Я не вижу таких следов. Пытаюсь рассмотреть, честно пытаюсь, но не нахожу.
Собственно отсюда и возникает вопрос – за что боролись-то на самом деле все эти отечественные правозащитники? Конечно, меня тут можно поправить, что они боролись против режима, системы и прочего. Но я взрослый мальчик и прекрасно понимаю, что толк будет, если бороться за что-то, а не против чего-то. Если ты хочешь убрать какую-то деталь механизма, то обязан предложить нечто взамен. Людмила Алексеева ничего не предлагала. Так же как не предлагали её коллеги. Вся их работа была направлена на личную выгоду. А выгода это же не обязательно какие-то материальные блага. Людмила Алексеева делала себе имя. И в случае борьбы с системой это куда более ценный ресурс, который принесет впоследствии и деньги и прочие осязаемые ценности.
Надо отметить то, что в этом плане определенных успехов Людмила Алексеева вместе со своими сподвижниками достигла. Более того после распада Советского Союза она стала видной фигурой и в некотором смысле лицом правозащитного движения. Вот только тут стоит учитывать то, что в 1977 году она эмигрировала из Союза.
Получается, что моя теория о том, что дело-то было в достижении личных целей находит подкрепление в фактах биографии. Если рассматривать биографии её близких сторонников, то там не всё так успешно, но люди тоже не трудились у станка или в шахте. Самое же любопытное началось в 1993 году, когда Алексеева уже, будучи гражданкой США, вернулась в Россию.
Мало того, что её назначили президентом какой-то там федерации связанной с Хельсинки, так она ещё и входила в комиссию по правам человека. Без юридического образования человек сумел сделать такую головокружительную карьеру, которая не снилась многим прокурорам. И этот факт уже вряд ли нуждается в комментариях.
Вот только подводя итоги можно сказать с уверенностью, что как только Алексеевой не стало так её тут же благополучно и забыли. Ведь вся её якобы борьба была направлена на устройство личного комфорта. Я не могу её за это осуждать. Человек такое существо, что к этому самому комфорту он всегда стремится. Но если мы ведём речь о правозащитнике, то логично тогда говорить о его наследии. Если же бороться против чего-то, а не за что-то, то вряд ли можно оставить нечто созидательное после себя. И видимо по этой причине об Алексеевой сейчас уже никто и не вспоминает.
У меня же на сегодня всё, спасибо вам за внимание и до новых встреч.