Всему миру казалось, что Вторая Мировая война, особенно на конечной стадии, продолжается исключительно за счет непреклонной воли Адольфа Гитлера. Отчасти это действительно так.
Еще в феврале 1942 года, министр вооружения Фриц Тодт, выслушав ведущих промышленников Германии, доложил рейхсканцлеру о неминуемом коллапсе в экономике и заявил, что выходом может служить только перемирие с Россией. Фюрер выслушал объективные доводы невнимательно, будто знал, что самолет чиновника разобьется в тот же день.
Спустя два с половиной года, когда надвигающаяся катастрофа стала еще более очевидной, группа офицеров решила устранить одиозного лидера, рассчитывая, как минимум, на сепаратный мир с западными странами. Заговор провалился и война на два фронта продолжилась.
Наконец, 30 апреля 45-го, пришло известие о самоубийстве человека, начавшего самую кровопролитную бойню за всю историю человечества.
Вполне ожидаемо, его смерть должна была послужить сигналом к прекращению огня и безоговорочной капитуляции, но, вопреки здравому смыслу, приказ продолжать боевые действия отдал новый преемник Гитлера. Им оказался адмирал Карл Дёниц, согласно политическому завещанию фюрера, получивший пост президента и верховного главнокомандующего одновременно.
К тому моменту, не понимать бессмысленность дальнейшего сопротивления не могли даже самые ортодоксальные приверженцы национал-социализма, но это не помешало командующему германского ВМФ выступить 1 мая по радио. В своем обращении, адмирал призвал все боеспособные части вести ожесточенную борьбу с Красной армией, чтобы «спасти от порабощения большевистскими ордами немецкий народ». Под таким якобы благовидным и надуманным предлогом, гросс-адмирал обрек десятки тысяч людей на гибель.
Между тем, назначение Дёница на высший пост не прошло гладко, вызвав бурю возмущения у Генриха Гиммлера. Министр внутренних дел Германии явно рассчитывал сосредоточить всю власть в своих руках, поэтому он добился аудиенции с «морским выскочкой», явно желая исправить положение.
Назначая встречу в своей резиденции, Дёниц выставил плотное кольцо охраны из отборных моряков, а внутри здания расположилась рота морских пехотинцев. Гиммлер тоже прибыл в сопровождении 150-ти головорезов СС, готовых сражаться до конца за то, чтобы второй человек в рейхе, стал, наконец, первым.
Поначалу, солдаты противоборствующих сторон чуть не перестреляли друг друга, но Гиммлер, вовремя оценив численное превосходство соратника по партии, приказал опустить стволы. После этого он послушно проследовал в кабинет ненавистного коллеги и, смирившись со своим проигрышем, предложил свою кандидатуру в прежнем качестве – министра внутренних дел.
- Это невозможно, – ответил Дёниц, давая понять, что разговор окончен.
Позднее, адмирал объяснил причину своего категоричного отказа. К тому времени, он уже был поставлен в известность о неоднократных попытках рейхсфюрера наладить контакт с западными странами.
Тот пробовал договориться с англичанами в Северной Италии, при посредничестве промышленника Франко Маринотти, затем прибегнул к услугам католической церкви, чтобы встретиться с американцами в Берне. Потерпев неудачу, он, все еще надеясь связаться с Черчиллем, обратился к шведскому предпринимателю Бюргеру Де Ля Рюссу, а также к сестре мэра Нью-Йорка фрау Глюг.
Учитывая, что все оказалось напрасно, новый глава государства отправил шефа СС в отставку, высокопарно поблагодарив за службу отечеству, и выразив надежду, что «дальнейшая судьба великого патриота Германии сложится так, как он сам того пожелает». Правда официальной бумаги, о своем отстранении, Гиммлер так и не успел получить.
Все эти события, по сути являющиеся никому не нужной возней, произошли меньше, чем за неделю, в течение которой продолжались полноценные боевые действия. За это время, на пороге Победы, погибли тысячи советских солдат. Тем не менее, адмирал Дёниц, по чьему непосредственному приказу продолжалось кровопролитие, на Нюрнбергском процессе, вместо высшей меры, получил всего лишь 10 лет заключения. Выйдя на свободу, он поселился в деревне Аумюле, где написал три книги и до конца жизни получал пенсию, соответствующую званию, полученному до Второй мировой войны. Это стало единственным ущемлением, на которое решилось правительство ФРГ.
ПОСТАВЬТЕ «ЛАЙК», ЧТОБЫ УВЕЛИЧИТЬ ОХВАТ СТАТЬИ. ПОДПИШИТЕСЬ НА КАНАЛ, ЕСЛИ ПОНРАВИЛАСЬ ПУБЛИКАЦИЯ.