Конечно, самым запоминающимся событием моей службы была Олимпиада-80. Но был еще один случай, очень комичный. Мы с моим товарищем оказались запертыми в новой московской квартире, а весь оркестр искал нас до самого утра.
Уже в середине моей срочной службы прибыл к нам в оркестр еще один солдат. И, о, чудо! Им оказался мой однокашник по МВМШ. Он тоже посчитал, что его призвание вовсе не военно-дирижерское поприще. И как и я, он тоже бросил военно-дирижерский факультет, решив поступать в авиастроительный, потому что его тянуло к технике. Но вначале надо было отслужить.
Мы сразу стали одной командой. Вернее крепким дуэтом. Все деды попритихли. Мы явно превосходили их во всем. И как-то так получилось, что мы стали лидерами всего коллектива. Энергия, с которой он начал наводить свои порядки, просто поражала.
Он заражал всех своими идеями и инициативами. Его интересовало всё. Музыка, техника, авиация, физика. Он в короткое время организовал из солдат инструментальный ансамбль, с которым планировалось халтурить по выходным.
Он брался за любую хозяйственную работу в оркестре. Старшина сразу заметил его хозяйскую сметку и умелые руки. Стал доверять ему руководство всеми ремонтными работами.
Так получилось, что именно к этому времени нашему дирижеру выделили трехкомнатную квартиру в Москве. Он вызвал моего товарища и долго с ним советовался. А тот, быстро смекнув, что можно смотаться из части почти на сутки, предложил помочь, взяв меня в напарники. Предстояло отциклевать паркетные полы во всей квартире, а затем покрыть их лаком.
Мы с радостью взялись за эту работу, ведь нас отпускали в город. Одеты по гражданке, а значит никакие патрули нам не угрожали. В карманах водились кое-какие деньги, и мы, как дети, накупили еды и всяких сладостей - решили устроить себе праздник.
Получили ключи и необходимые инструменты, кисти и много-много лака. Засучив рукава, взялись за дело. Уже к вечеру мы отциклевали весь пол и взялись за лак. Спланировали так, чтобы закончить всё на кухне, где и собирались устроить свой маленький пир.
Всё получилось, как задумали. Наевшись от пуза и нанюхавшись лака, нас "повело". Не сразу пришла мысль, что так можно и "угореть". Быстро открыли окно. Стало легче. Немного очухавшись, вдруг поняли, что сегодня мы уже не выйдем из этой квартиры, ведь коридор тоже покрыт лаком. Лак будет сохнуть сутки. Все пути к выходу покрыты свежим лаком.
Сотовых тогда еще не было. Сообщить в оркестр о том, что мы не вернемся, никак не могли. А в оркестре поздно вечером подняли тревогу. Стали искать, позвонили старшине. Тот сразу примчался. Такое ЧП-пропали солдаты, куда мы ушли, он не знал. Решил, что в самоволку, и нас задержал патруль.
Началось расследование, расспросы "дедов"- не приключилось ли чего в казарме. Боялись сообщить дирижеру, но надо. А тот, услышав о случившемся, рассказал старшине, где мы находимся.
Только к обеду следующего дня мы смогли выйти из квартиры. Но какая эта была ночь! 15 этаж новостройки, прекрасный вид из окна на Москва-реку. Мы на свободе и сами себе хозяева. Полночи проговорили про жизнь, о планах на будущее и еще много чего, сейчас уж и не помню.
Под утро заснули и проспали до самого приезда дирижера. Он привез нас в часть на своей машине, все смотрели на нас с завистью и восхищением. Дирижер, конечно, не очень был рад такой огласке, потому что выходило использование солдат в личных целях.