По прошествии месяца с начала специальной военной операции на Украине, всё чаще приходится слышать критику. Дескать войска России остановились, завязли, натолкнувшись на оборону ВСУ.
Ситуацию, сложившуюся на Украине, обсудили на заседании дискуссионного клуба «Улица Правды». Прозвучавшее там мнение военного конфликтолога Сергея Колмогорова передал корреспондент Общественной службы новостей.
«Сейчас у нас очень много криков: «Почему остановились! Замедление!» – и прочее, и прочее, и прочее. Но я хочу напомнить: мы уже живём в совсем другом мире», – сказал Колмогоров.
Эксперт напомнил, что суммарно территории, которые взяты под контроль вооружёнными силами РФ примерно равны по площади Франции:
«Чтобы вы понимали, наша группировка там насчитывает не более 180 тысяч человек. А на той стороне – 600 тысяч человек. То есть, по идее, нас должно быть 1 миллион 800 тысяч, чтобы соблюдалось соотношение «3 к 1» в наступлении. А мы малыми силами вот так спокойно идём».
Конфликтолог обратился к военным экспертам, которые «у нас сейчас завелись на телевидении»:
«Я понимаю, они – лидеры мнений, у них куча подписчиков. Каждый из них вопросы задаёт. Например, тот же самый Подоляка*, он задаёт Конашенкову вопрос: уважаемому человеку, в больших званиях, с прекрасным образованием (военным!), в том числе и академией. (Подоляка – прим. ред.) задаёт вопрос: «У вас там что, мозгов не хватает? Я за вас делаю эту работу» Товарищ Подоляка, ты денег хочешь? Так и скажи: «Я хочу денег».
(прим. ред. *Юрий Подоляка – украинский журналист, политолог и блоггер, известный также как «yurasumy»)
«Война – это не какие-то прогулки. Такое ощущение, что все переиграли в «Танчики». В игре «World of tanks» танк едет вперёд сколько угодно, он не останавливается, не заправляется, не ремонтируется. А у всей техники есть ТО (техническое обслуживание – прим. ред.). И чем сложнее техника, тем меньше у неё срок, когда понадобится новое ТО», – отметил эксперт.
Конфликтолог напомнил базовые тезисы, понятные любому, имеющему опыт реальных боевых действий:
«Мы сперва захватили определённые территории, теперь мы их обживаем. Что значит «обживаем». Это значит, что в это время мы делаем базы хранения, базы подскока, ремонтные базы, базы оперативных складов. Это требует обустройства, это требует формирования маршрутов».
Но даже в это время продолжается противодействие с противником, отметил спикер:
«Мы формируем несколько огневых котлов, для того чтобы дать им (ВСУ – прм. ред.) возможность колоннами оттуда уехать. И на марше их бьют».
И такая стратегия приносит ощутимые результаты, подчеркнул Колмогоров:
«Чтобы вы понимали: у Украины на начало операции было около двух тысяч более-менее жизнеспособных танков. Там можно по-разному считать: танк, стоящий в окопе, в котором наводчик умеет очень хорошо крутить рукоятки, тоже считается танком. Потому что у нашего танка, в отличие от всяких американских, боекомплект спрятан внизу. Таким образом он становится просто бронекуполом с пушкой и пулемётом. И даже в окопе при умелом экипаже он очень хорошо работает. Так вот, на данный момент, исходя из наших данных, мы уничтожили уже около полутора тысяч.
Танков осталось на всю территорию Украины, которая вторая в Европе после нас, уже меньше пяти сотен. Уже начинаются трения, западенцы говорят: «А мы вам не дадим танки» – «А почему?» – «Мы отдадим, а у вас их убьют, а что мы будем делать?» Это тоже влияет на военное руководство Украины, которое пока ещё есть».
Эксперт добавил, что все, желающие понять подлинную картину, должны внимательно слушать пресс-релизы, которые представляет официальный представитель Минобороны Игорь Конашенков:
«Во всём мире отмечается беспрецедентное по откровенности освещение нашей ситуации».
Конфликтолог добавил, что у ВСУ на данный момент полностью разрушена система управления:
«Они же как сделали: нацбаты зажались в гарнизонах, ВСУ-шники к ним прижимаются. То есть понятия «манёвр» уже нет. А наше господство в воздухе позволяет все их колонны просто перемалывать, как в мясорубке. Надо стоять. Мы стоим. Потихоньку всё это перемалываем».
Колмогоров подчеркнул важность промышленности в военное время:
«Для того, чтобы успешно вести войну, нужно иметь все компетенции по воспроизводству вооружения. Помню, рассказывали, что у нас «Калибры» кончились ещё 1 марта. Они не могут кончиться: мы их делаем».
Подытоживая своё выступление конфликтолог резко раскритиковал экспертов, выступающих с паническими прогнозами:
«Всем, кто говорит, что мы “затормозились”, это эксперты, которые ничего не понимают в том, что такое “театр военных действий”, что такое “тактические задачи”, “стратегические задачи”».