Меня стали спрашивать, почему я мало пишу про тётю Мусю? Отвечаю, что я не пишу, а вспоминаю.
Когда про кортик рассказывала. Или вдруг вспомнила, как однажды в саду, словно услышала знакомый голос:
-Люся, и де твоя девочка? Снова хочет быть умнее всех и мучает свои глаза книжкой? Поди и скажи, счо тётя Муся пришла угостить ребёнка черешней. Пусть уважит мою старость, а я расскажу зачем наш Боже дал женщинам глаза. Их таки надо строить!
У нашей семьи не было дачи никогда. У семьи Музы Израильевны дача была всегда для душевного покоя. Там росли только розы.
Поэтому , тётя Муся ВСЕГДА привозила с дачи витамины вёдрами. Других дозировок она не признавала.
Черешни тоже было ведро, точнее два. Семьи-то две, то есть "вам и нам". Мама конечно от такого изобилия сначала терялась, а потом вежливо спрашивала:
-Откуда столько красоты?
В ответ мы получали монолог, длинною в три кило съеденной нами за раз черешни:
-Счо значит откуда? Люся, хороших людей больше аферистов! Просто подруга свекрови моей соседки утром снимала урожай, а меня звали к ней в гости.
И вот мы кушаем витамины. Боже есть на свете - они оказались все евреи и ОЧЕНЬ хорошие люди!
У этой подруги есть брат мужа дочери - красивый мальчик. Он умный и свободный. Хайфа - его родной город. Он правильно выбрал, где родиться, кругом много евреев и вовсе мало арабов. И там ему хорошо лечить глаза больным.
Люся, надо счоб их мальчик стал НАШ, у нас есть девочка! Вот она кушает черешню и не думает о своём счастье!
А тётя Муся думает! Люся, мы с тобой будем ездить к морю и смотреть за их детьми, будем гулять по Мошава Германит и хорошо думать о тех немцах, счо его строили. Как долго меня там не было..
Прошло столько лет. Нет мамы, нет тёти Муси, а я и сейчас чувствую вкус той черешни на губах...и вспоминаю её) слово "амэхайя"...
