Почему я хореогаф 2.

- Третье действие смотреть нельзя. Это очень страшно, - сказала мама.

Разговор происходил в маленьком кабинете, который она делила с заведующим постановочной частью Камерного музыкального театра.

- К тому же, поздно, и тебе пора спать, - добавила она уж совсем сомнительный аргумент. На момент разговора мне было восемь.

Для моей фантастической матери было нормальным повести меня вместо школы на новый фильм о Петре первом или вручить мне в мои 12 лет "Таис Афинскую" Ефремова.

И налагая запрет на просмотр последнего действия оперы Стравинского "Похождения повесы", маме не сильно нравилось, с каким любопытством я уже несколько раз посмотрела первые два, и сколько вопросов я задала. Но спектакль был ужасно интересным. Декорациями были картины. Они оживали, из них выходили персонажи, или персонажи сами становились картинами. Атмосфера действа была пронизана чем-то волшебным. Артисты были совсем рядом со зрителем, ходили между рядами. Они не только пели (театр был исключительно оперным), но и прекрасно танцевали. Все в этом спектакле было необычным. И история повесы, и его возлюбленной, и Ник Шедоу и странная Баба турчанка... Но я не знала, чем же все закончилось.

- Он попал в сумасшедший дом, - ответила мама на мои бесконечные вопросы. - И это очень страшно. Ещё не надо смотреть.

И всегда мы уходили домой после второго действия.

Но однажды маму задержали артисты. Кто-то что-то начал выяснять по расписанию, потом мама, наказав мне ждать ее на проходной, ушла куда-то к зам директора. Я поняла, что настал мой звездный час. Наконец я увижу этот страшный сумасшедший дом, и что же все-таки случилось с Томом!

Дождавшись, когда все звонки отзвенят, и колокол в зрительном зале пробьет положенные два удара, я скользнула за дирижером и заняла место у черной стены.

Шансов увидеть третье действие "Повесы" больше не было. И я запомнила все. Мизансцены, грим, костюмы, свет, разные мелочи... Так был насыщен этот удивительный спектакль. Казалось, на каждую ноту происходит что-то необыкновенное.

Я и сейчас помню удивительную атмосферу "Похождений повесы". Мистику, падение и покаяние. Тьму и гордыню главного героя, и свет, что явился в конце и спас его.

Спектакль был удивительным творением. Я, словно, присутствовала внутри этой истории и была кем-то, кто проживал ее на самом деле.

Потом я поняла, что у магии есть вполне осязаемое название. Режиссура.

А у режиссуры было имя.

Борис Александрович Покровский стал моим первым педагогом и моим вечным мастером в мире театрального волшебства. Хотя я никогда не училась под его началом. Мне просто повезло находиться в театре, который он создал. Я сидела на многих постановочных репетициях и наблюдала весь процесс сотворения спектакля. Этими знаниями я пользуюсь и сейчас.

Продолжение следует…