Антон Павлович Чехов из тех писателей, которых хорошо знают и на родине и за рубежом. За свою жизнь он создал более 300 произведений на разные темы, но вот о себе писать не любил, говорил, что у него автобиографофобия. Чего уж он не боялся, так это острого словца. Многие его слова становились афоризмами.
Благодаря социальным сетям сейчас многие знают о совершенно особенных взаимоотношениях Чехова с супругой. Оба - творческие личности, оба - неординарные во всем. В том числе и в подшучиваниях друг над другом.
Так Антон Павлович писал из Ялты:
Я сообщил своей невесте о Вашем намерении приехать в Ялту, чтобы обманывать ее немножко. Она сказала на это, что когда „та нехорошая женщина“ приедет в Ялту, то она не выпустит меня из своих объятий. Я заметил, что находиться в объятиях так долго в жаркое время — это негигиенично.
В своих письмах в жене Чехов использовал странные для нас обращения: «собака», «лошадка», «венгерец», «бабуся», «Книпшиц», «замухрышка»… Себя он тоже называл не совсем понятно для стороннего человека: «твой иеромонах», «старец Антоний», «Черномордик». Книппер принимала такую нежно-ироническую тональность, тем более что в письмах Чехов был удивительно нежен и при этом не скатывался до сентиментальности или банальной слащавости.
А вообще, по поводу супружества у Чехова много язвительных шуток. Как и обо всех проявлениях личной жизни. Альфонсы и охотницы за богатыми мужьями, неверные мужья и жены, игроки, шопоголики - это далеко не весь список того, что описывал Антон Павлович в своих зарисовках, письмах и произведениях. Типажи, как правило, брались им из жизни. Как и комические ситуации, сопровождавшие амурные похождения чеховских современников.
Если ты, сидя у гостеприимной соседки, выкушал три чашки чаю и после всего этого почувствовал вдруг в своих внутренностях брожение умов, то, не прибегая ни к каким фармацевтическим средствам, надевай шапку и иди.
Не церемонился Чехов и с погодой. В его время не было ни достоверных длительных прогнозов, ни космических спутников, которые могли предупредить о внезапных климатических изменениях. Бывал Чехов не только в Ялте, но и в Москве. Что сейчас, что в те времена, погода не слишком различалась. Еще грустнее становилось от отсутствия ливневой канализации, кондиционеров и прочих замечательных изобретений. Так что ругать за выкрутасы приходилось только саму погоду. Поэтому Антон Павлович писал Николаю Лейкину:
Погода у нас занимается проституцией
Есть еще немного интересно-Чеховского:
Никогда не рано спросить себя: делом я занимаюсь или пустяками?
Что прикажете делать с человеком, который наделал всяких мерзостей, а потом рыдает.
Нет того урода, который не нашел бы себе пары, и нет той чепухи, которая не нашла бы себе подходящего читателя.
Ну что ж, раздевайтесь, но слегка сопротивляйтесь.
Работается плохо. Хочется влюбиться, или жениться, или полететь на воздушном шаре.
Медицина — моя законная жена, а литература — любовница. Когда надоест одна, я ночую у другой. Это хотя и беспорядочно, но зато не так скучно, да и к тому же от моего вероломства обе решительно ничего не теряют.