Тимофея Анкудинова по праву можно считать первым космополитом. Правда, с небольшой оговоркой: он был мошенником мирового масштаба и умудрился обмануть сразу нескольких правителей.
Авантюрист и поэт
Будущий плут, поэт и самозванец родился, как говорится, «с серебряной ложкой во рту». Его отцом был богатый купец из Вологды, а женился Тимофей на девушке с основательным приданым – внучке архиепископа.
Пока владыка Варлаам был жив – Тимофей жил на широкую ногу. После смерти архиепископа его прогнали со двора, но привычка к роскоши никуда не делась. За короткий срок от основательного приданого не осталось и следа. Жена, устав от постоянных гулянок непутевого мужа, ушла от него. Отец вскорости умер, а мать приняла монашеский постриг. Делать нечего, и Тимофей решил податься в Москву.
В столице Анкудинову с помощью старого приятеля удалось устроиться писарем к воеводе, князю Якову Черкасскому. В свободное от работы время он даже писал стихи, которые, по мнению историков, были весьма неплохи. Но неуемный характер, привычка к роскоши и постоянные пирушки истощили и так не слишком толстый кошелек писца. Отсутствие средств к существованию и основательные долги вынудили его вернуться в Вологду, где он снова сошелся с женой.
Спустя некоторое время пронырливый Тимофей вновь вернулся в первопрестольную, где ему удалось найти должность сборщика податей. Он разбогател, переехал в большой дом.
Но склонность к авантюризму и пирушкам подавить было непросто. Анкудинов снова пустился в загул и начал транжирить не только свои, но и казённые деньги. Окончательно запутавшись он решил бежать за границу, а чтобы скрыть побег и растрату государственных денег – поджег свой дом вместе с женой, которая хотела выдать его властям. В результате выгорела вся улица, и семью Анкудинова считали погибшей в пожаре.
«Сын Василия Шуйского»
По дороге в Польшу Тимофей обокрал немецкого купца. Торговец сообщил приметы жулика властям, и в Москве опознали сбежавшего с казной мытаря.
Попав в Польшу, Тимофей представился королю Владиславу как сын Василия Шуйского. Король поверил самозваному «Иоанну Шуйскому» и решил использовать его в борьбе против Московии.
После смерти короля Тимофей Анкудинов втёрся в доверие к Богдану Хмельницкому – но потерпел неудачу. Один из участников посольской делегации к гетману узнал самозванца и авантюристу пришлось податься в бега. Узнавший его дьяк доложил об этом в Москву, и царь Алексей Михайлович приказал найти и доставить беглеца в столицу.
Джованни Шуйский
В середине 1640- годов Тимошке Анкудинову удалось добраться до Константинополя, где он убедил османского султана Ибрагима I в том, что является сыном Шуйского. Но бдительные послы русского царя отыскали его и там. Рассказав султану правду, они уговорили передать жулика, успевшего к тому времени перейти в ислам, Московии. Анкудинов пытался сбежать несколько раз, и только третий побег увенчался успехом.
Но приключения на этом не окончились. Тимофей Анкудинов смог попасть в Ватикан, где он пообещал папе римскому Иннокентию Х введение в России унии между католичеством и православием в обмен на признание его прав на Московский престол. Для убедительности, прозванный в Италии «Джованни Шуйский», Анкудинов принял католичество, но обман в скором времени был раскрыт.
В общей сложности Тимофей Анкудинов провел в поездках по Европе 9 лет. Везде он представлялся под разными именами, прося политического убежища и денег как «истинный царь Московский». Посетив Швецию, лже-Шуйский пытался добиться расположения королевы Кристины, но снова был настигнут русскими послами. Сбежав из Швеции в Эстонию, он все же был пойман и посажен в тюрьму, но и на этот раз ему удалось сбежать!
После долгих скитаний Анкудинов в конце концов оказался в немецком городе Нейштадте. И тут вмешался случай. В Нейштадте его увидел тот самый, некогда обокраденный Тимошкой, немецкий купец. Вора схватили и снова посадили в тюрьму, откуда выбраться ему уже не удалось. При значительном содействии английского посла Джона Гебдона, шлезвиг-гольштейнский герцог выдал авантюриста правительству Алексея Михайловича.
На дознании Тимофей (прозванный полуименем Тимошка) Анкудинов отказывался признаваться в совершённых преступлениях. Несмотря на то, что специально для этого привезли его мать-монахиню. Мать просила Тимофея сознаться, и тем самым вымолить прощение, но просьбы остались без ответа. Упорно продолжавший называть себя Иоанном Шуйским, Анкудинов был изобличен как самозванец приговорен к казни четвертованием.