Не могу сказать, что поиски «моей собаки» были долгими и продолжительными. Я уже даже не помню, как нашла объявление о продаже щенков. Интернетом в те годы активно, как поисковиком, еще вроде и не пользовались. В общем, попала я по объявлению на просмотр в обычную двушку на Академической. Женщина-хозяйка активно занималась разведением, так как щенков разных мелких пород в комнате было много. В квартире стоял звонкий щенячий лай и стойкий собачий запах. Помимо хозяйки в коридоре мне на встречу с широко расправленной грудью вышел брутального вида чихуахуа, который вел себя в этом хаосе крайне интеллигентно, не лаял, а только сдержано помахивал хвостом и посматривал на меня так немного оценивающе. Как выяснилось позже, это был папа моей Валенсии, чистых итальянских кровей по всем имеющимся у него документам. Характером она явно пошла в него.
Хозяйка показала мне сначала несколько щенков из одного помета. Их было четверо, они все находились рядом друг с другом на лежанке, и именно они производили больше всего шума. Не мое – сразу подумала я. Тогда заводчица, наверное, прочитав это на моем лице, сказала, что у нее есть еще одна девочка, сразу упомянув, что она будет дороже, так как из помета итальянских родителей. Все щенки, родившиеся в одном помете вместе с Валли, остались у ее мамы, а папе отдали ее. В общем, папа, как истинный мачо, заниматься чадом не хотел, а другие щенки в квартире ее к себе не принимали. Они были из одной семьи, а она была им чужая. Под опеку ее взял милейший гриффон, который был старше ее на несколько месяцев и видимо решил исполнить роль старшего брата. Они лежали на одной лежанке в другой комнате подальше от шумной компании. Когда я к ним подошла, они оба очень скромно себя повели, только хвосты выдавали небольшую радость. Валли выглядела немного испуганной и смотрела на меня исподлобья синими пронзительными глазами. Моя – сразу подумала я. Моя – наверняка подумала Валли.
Забрали мы ее домой через несколько дней. Была середина декабря, мы купили ей теплую сумку-переноску, которая на тот момент оказалась для нее просто гигантской. Поэтому везла я ее на руках за пазухой, размером она была чуть больше моей ладони. Помню, как в метро умиленно на нас смотрела женщина, а я прижимала к себе этот маленький шерстяной комочек и внутри меня большим потоком разливалась нежность. Это был один из лучших дней в моей жизни!