Я сидел на жёсткой табуретке, и со стороны наверняка был похож на философа. Локтем я упёрся о колено и положил отяжелевшую от мыслей голову на раскрытую ладонь, лоб непримиримо бугрился от морщин, подтверждая сложный мыслительный процесс. Я сурово нахмурил брови, согнулся дугой и буквально закостенел в этом положении. Промозглый ветер же настырно продолжал своё чёрное дело. Он противно хихикая дул холодными струями, надеясь что я трусливо сбегу прочь в тёплую раздевалку. Солнце, выглянувшее из-за туч насмешливо освещало округу, и даже не думало греть. Да, до настоящей весны было как рукой подать. На самом же деле весь мой угрожающий вид был не более чем дешёвая бравада. Это было смешно и так по-детски. Я настойчиво с каким-то бешеным рвением доказывал самому себе свою стойкость и выносливость. Но всё чего я добился так это стук собственных зубов, да чечётку онемевшего тела, которое активно выплясывала, не подаваясь голосу разума. Но я был бы не я если бы просто так сдался, и продол