Пусто. Именно так было вокруг. Приятное ничего, мягко обволакивающее, укутывающее в своих объятьях. Ничего не просило чего-то взамен, не требовало что-то делать - оно просто было. И это было...хорошо? Да, это было определённо хорошо. Но всё хорошее когда-нибудь заканчивается.
Время!
Тело судорожно дёрнулось, в неумелой, даже в неуклюжей, попытке поймать что-то очень важное, но не преуспело. Ничто резко отпустило свои объятья. Всё вокруг сильно ударило по глазам. Белая комната. Светло. Слепяще светло.
Но это не важно. Важно другое. Он теряет это важное. Время? Время! Оно уходит. Ему нужно спешить. Он...опаздывает.
- Опаздываю. - Мой голос. Я опаздываю.
Слово было неприятным, давящим. Следом за ним пришло ещё одно. Работа. Я опаздываю на работу. Меня там ждут. Ждут... другие. Не я.
Мысли начали выло биться о стенки сознания, создавая толкучку, преобразующуюся в панику. Так быть не должно! Я поднялся с кровать. Кровать. Кровать приводит к ничто. Зачем я ухожу? Может лечь обратно? Нет, нельзя. Меня ждут.
Нужно умыться и одеться. Я затравленно оглядел комнату. Нет умывальника, ванной комнаты, если быть точнее. А она у меня была? Конечно была! И жена была. Я же женат? Женат. Это слово мягкое - мне нравится. Но нужно что-то делать, я же так опоздаю. Дверь! Выход за дверью. Он всегда там был. А потом найду жену. Она рядом. Она всегда где-то рядом.
Дверь была без ручек, так что я просто толкнул её наружу. Ничего. Я заперт? Не могу выйти. Но мне нужно! Надо сломать дверь. Срочно! Пока не стало поздно.
Я ударил дверь рукой, но она даже не шелохнулась. Руку неприятно обожгло. Боль. Я её знаю. Она не страшная. Я уже привык. Привык? А когда я успел? Не важно. Я привык, а значит я смогу сломать преграду.
Время, которое так некстати уходило, куда-то длилось. Длилось долго. Рука и плечо болели от постоянных ударов в дверь, но та, постепенно, поддавалась силе. Я сильный. Нет, я слабый? Тоже нет...я никакой. Получается, никакие умеют выбивать двери. Хорошо, что я никакой.
Наконец, дверь, протяжно скрипнув, с хрустом отворилась. Вернее, сломалась верхняя её половина. Наверное, меня наругают. Жена наругает, точно. Теперь слово не было мягким. Странное оно, это слово, жена. Нужно будет...да, нужно будет извиниться.
Я выглянул наружу. Темно. Не так как у меня в комнате. Темно - это плохо, но я опаздываю. Значит нужно идти сквозь темноту. Да, темнота. Странно, я знаю, что темно - это плохо, но мне нравится темнота? Нравится. Странно это всё.
Кое-как, чуть не упав в процессе, я выбрался за дверь. Нужно идти.
Коридор был длинным, наполненный комнатами, схожими с моими, но конец его терялся в темноте. Если я пойду, то обязательно приду. Я же буду идти.
Время снова куда-то уходит. Но и я иду. Я его догоню и перестану опаздывать. Это будет хорошо. Осталось только догнать. Но коридор всё не кончался. Я стал заглядывать в комнаты. Снаружи их можно было открыть, просто нажав на кнопку. Глупость какая. Такую нужно делать и внутри.
Комнаты были точь-в-точь как мои. Ничего необычного. Значит это не туда, мне нужно в другую комнату.
Я, наверное, почти догнал время, когда нашёл дверь, которая была другой. Скорее всего это моя дверь. Двери же ведут куда-то, эта, скорее всего ведёт туда, где я не опаздываю. Вот и хорошо.
Комната была другой. Это был кабинет. Он то мне и нужен. Я же тут работаю? Наверное тут. У меня был кабинет. Хотя, вот он, есть! У меня есть кабинет!
Радостный я щёлкнул переключатель, нехотя, чуть поморгав, загорелись лампы. Привычка сразу включать свет. Моя привычка. Хорошо. Стул, стол, шкаф с книгами. Это всё мое. Нужно работать. Я делаю документы!...или я их читаю? Не важно. Я разберусь, я ведь никакой. Сел за стол. Всё было таким как и должно быть. Вот и на столе лежит документ. Если он написан, значит нужно прочитать, а, если нет, то написать! Как всё просто! Люблю работать.
"Совершенно секретно" - ого, получается я не никакой, а секретный? Нет, точно никакой? Непонятно. Тогда точно нужно прочитать. Прочитаю и пойму. Я же всегда...всегда так и делал. Если не понимаешь - читай.
"(страницы выдернуты)... пострадавшие были найдены на берегу реки. Женщина и мужчина европеоидной внешности. Оба были обнажены и без сознания. (Далее событие №266)
Свидетель Эмма Коули, вызвавшая скорую, утверждает, что нашла их уже в таком состоянии, когда гуляла с собакой. Более полная дача показаний невозможна в виду исчезновения свидетеля. Её личное дело прилагается....
...В больнице пострадавшие пришли в себя одновременно и сразу же...(очередная вырванная страница)...в состоянии паники, близкой к шоку, пострадавшие повторяли в унисон одну фразу:"Оно нас видело. Оно помнит. Мы забудем. Нельзя говорить." - на протяжении восьми часов, после чего вновь потеряли сознание.
(Пометка:"Страницы 3-6, а так же камеры с камер наблюдения, переданы по требованию директора его представителю.)
Отпечатки пальцев и анализы ДНК пострадавших не определяются. Совпадений в базе данных лиц не обнаружено. Поданы заявления в посольства, предположительных стран, гражданами которых могут являться пострадавшие. Совпадений не обнаружено. Выяснить их личность не представляется возможным.
Спустя месяц пострадавшие очнулись, однако у них проявились признаки полной амнезии. В случае, если задавать им наводящие вопросы о событии №266, пострадавшие впадают в приступ острой паники, переходящей в психоз. После чего теряют сознание ещё на один месяц, вновь теряя все воспоминания. Если не принимать попыток выяснить суть события №266, пострадавшие начинают усиленно пытаться вырваться из зоны содержания, объясняя это тем, что они опаздывают на работу/важное дело/праздник.
Любые попытки воспрепятствовать их деятельности приводят к острому психозу и потере сознания. Однако, если не препятствовать их деятельности, то пострадавшие, объединившись, они каким-то образом всегда находят друг друга, затихают, пока (точные временные интервалы не известны) не получают навязчивое желание "извиниться". В таком случае, пострадавшие вооружаются любыми подручными средствами и пытаются напасть на ближайшее окружение. Животных игнорируют. Нападают исключительно на людей. В этом состоянии невосприимчивы к боли, увеличивают свои физические показатели и начинают регенерировать повреждения. В случае успешного нападения, пишут кровью текст на неизвестном языке (фотографии и записи скопированного текста так же отправлены представителю), после чего впадают в состояние эйфории и теряют сознание, возвращаясь в состояние полной амнезии.
(Вырванные страницы)... после чего длительность нахождения пострадавших в бессознательном состоянии резко сократилось до суток. Приступы агрессии проявляются чаще и быстрее.
(Вырванные страницы)...они уже убили Маргарет. Похер. Это же никто не прочтёт, да? На нас забили? В прошлый раз их не задержали даже бетонированные стены и бронированное стекло. Чёрт. Я не могу покинуть объект. Всё переведено на состояние тревоги. Все двери заблокированы. Мы словно мыши запертые в клетке с этими тварями!
Кажется, эти фрики стали влиять на персонал. Боб теперь тоже вырубился и просто спит. Наверняка через месяц, а то и меньше станет таким же. Мы все умрём.... если вы найдёте эту запись, то просто бегите отсюда, их не убить! Любые повреждения восстанавливаются, даже отрыв конечностей! Залейте тут всё бетоном или, не знаю, подорвите тут водородную бомбу. Но я уже не жилец. Они доберутся до меня... так что мне нужно...(записи становятся неразборчивыми. Далее написано кровью) ИЗВИНИТЬСЯ! НУЖНО ИЗВИНИТЬСЯ ПЕРЕД НИМ! МЫ ВСЁ ЗАБУДЕМ!"
Я ошалело откинул от себя документ. Сердце бешено билось. Что за чёрт? Где Элли? Мне нужно срочно её найти и свалить отсюда! Это какой-то бред! Я дёрнулся за столом, вскакивая, и уперся взглядом в улыбающуюся жену. Это была она, никаких сомнений. Она смотрела в его глаза и улыбалась. Она ничего не понимает!
- Элли, пошли! Нужно как можно скорее выбираться отсюда! Нам нужно...нужно...нам ведь нужно извиниться? ИЗВИНИТЬСЯ. ИЗВИНИТЬСЯ! ИЗВИНИТЬСЯ! ИЗВИНИТЬСЯ!.....
