В 19 веке Российская империя участвовала в затяжной Кавказской войне. Этот конфликт был одним из самых сложных в военной истории нашего государства. Горная местность, разделяющая каждое селение неприступными стенами, превращала военные действия в ожесточенную борьбу за каждый клочок земли. В этом выпуске мы расскажем о Даргинском походе графа Воронцова в его попытке раз и навсегда сломить сопротивление мятежного имама Шамиля. Этот поход стал одним из наиболее ярких и трагичных эпизодов Кавказской войны.
К началу 1845 года война на Кавказе шла уже более 20 лет, но наибольшего размаха она достигла лишь в последние годы, когда среди горцев утвердился новый предводитель. Его звали имам Шамиль. Будучи не только талантливым полководцем, но также и религиозным учителем, Шамиль довольно быстро окружил себя множеством фанатичных и преданных воинов, которые готовы были пойти хоть на верную смерть, если так пожелает их предводитель. Для Российской Империи это означало увеличение набегов горцев на приграничные поселения и торговые караваны. Армия здесь была практически бессильна, поскольку противник избегал прямого противостояния и сразу после набегов уходил обратно в горы. Российская армия в разные годы одерживала ряд крупных побед над мятежными горцами, но ни одна из них не поставила точку в этом конфликте. Враг уходил все дальше и дальше в горы, но продолжал оказывать упорное сопротивление и периодически устраивать набеги. Поэтому императором Николаем I была поставлена задача пройти в самое сердце гор, к столице имама Шамиля, селению Дарго. Захватить его и принудить горцев к подчинению, чтобы одним ударом завершить всю Кавказскую войну. Во главе этого похода поставили графа Воронцова, единственным достоинством которого было беспрекословное выполнение приказов.
Генералы, которые многие годы провели на Кавказской пограничной линии, предостерегали императора и Воронцова от подобного плана. Они знали, что горцы не станут вступать в прямое столкновение с регулярной армией, у которой было подавляющее преимущество в огневой мощи. Вместо этого они уйдут еще дальше в горы и будут использовать тактику засад, изматывая и разделяя русскую армию. Подобного мнения придерживался в том числе и генерал Ермолов, чье имя на долгие годы стало частью Кавказа. Однако граф Воронцов, как было уже сказано ранее, считал, что любой приказ необходимо выполнять. Даже если нет никаких шансов на его успех. Поэтому 31 мая 1845 года русская армия выдвинулась в поход на Дарго, столицу имама Шамиля.
В состав экспедиции вошло порядка 10 тысяч воинов, среди которых были казаки и грузинская конная милиция. Первые дни похода оказались довольно удачными. Солдаты с легкостью занимали стратегические вершины и селения горцев, которые те оставляли без боя. Но вскоре суровая горная погода дала о себе знать. Начались сильные дожди, перешедшие в снегопад. Солдаты замерзали, а передвижение войск сильно замедлилось. К тому же до сих пор не было видно противника, что заставляло людей нервничать и ожидать нападения в любой момент. Через две недели после начала похода войска сумели достигнуть Андийских ворот, за которыми начинались земли, на которых практически никогда не ступала нога русского солдата. Поселения, которые встречались на пути экспедиции, были выжжены и заброшены. Солдаты не имели возможности пополнить свои припасы. Схожую тактику использовал Кутузов в войне с Наполеоном, чтобы победить более сильного противника. Но горцы все же решили дать о себе знать. На всем пути они оборудовали огневые точки на склонах гор и методично обстреливали русских, которым удалось закрепиться у поселений Анди и Гагатли, откуда открывалась прямая дорога на Дарго. Здесь солдаты впервые ощутили недостаток продовольствия и боеприпасов, поскольку дорога, по которой они шли, контролировалась мятежными горцами, которые если и пропустили армию, то не намерены были пропускать колонны снабжения.
С продовольствием сумел помочь шамхал Тарковский, правитель лояльного империи горского княжества, населенного кумыками. И 6 июля русские войска выдвинулись в Дарго. На протяжении всей дороги горцы выстроили множество завалов из вековых деревьев, оборудовав там хорошо укрепленные огневые позиции. За каждый метр дороги шли ожесточенные сражения, переходящие в рукопашный бой. Тогда же погиб один из командующих русскими, генерал-лейтенант Александр Фок. Но солдатам, пусть и ценой больших потерь, все же удалось пробиться к Дарго, но брать было уже нечего. Шамиль приказал сжечь поселение и вывел из него всех жителей. Русская армия оказалась в сложном положении. Номинально, столица имамата была захвачена, но ни утвердиться в регионе, ни принудить горцев к повиновению, граф Воронцов явно не мог. Даже здесь, в самом сердце владения Шамиля, русские регулярно обстреливались с окрестных гор, а попытки выдавить оттуда горцев ни к чему не привели. Они отступали, но потом возвращались обратно, поскольку русские старались держаться поблизости друг от друга и не могли позволить себе контролировать большие территории. С каждым днем положение солдат все более ухудшалось. Снова давал о себе знать недостаток снабжения, поскольку так глубоко в горы не могла проникнуть даже могучая рука Тарковского шамхала. Ударный отряд, высланный на сопровождения колонны снабжения, обернулся большими потерями, включая жизни двух генералов: Диомида Пассека и Владимира Викторова, при этом практически ни один продовольственный обоз так и не дошел до Дарго.
В этой ситуации единственным решением было отступать обратно на российские территории, однако граф Воронцов боялся, что горцы могут посчитать это за поражение, поэтому решил прорываться с боем в противоположном направлении также к российской территории, тем самым совмещая атаку и отступление. Однако это был довольно авантюрный шаг, поэтому разными путями было выслано два десятка гонцов, с единственной целью – добраться до Кавказской пограничной линии и передать генералу Роберту Фрейтагу распоряжение двигаться навстречу графу Воронцову, дабы оказать ему надежное прикрытие.
13 июля русские солдаты покинули злополучный Дарго и двинулись в сторону границы. Вероятно, Шамиль узнал о намерении Воронцова соединиться с Фрейтагом, а потому сопротивление горцев стало еще более ожесточенным. Они делали все, что было в их силах, чтобы не дать русским покинуть земли имамата. И у них это получилось. Спустя 3 дня Воронцов стал лагерем посреди вражеских земель. Половина его солдат был либо ранена, либо контужена. Поэтому командующий решил держать круговую оборону и надеяться на помощь генерала Фрейтага. В течение нескольких дней Шамиль неоднократно пытался пробить оборону русских, чтобы опередить идущие от границы подкрепления. Но он не успел этого сделать. С прибытием генерала Фрейтага горцы отступили, а граф Воронцов сумел беспрепятственно добраться до русских укреплений.
В этом походе императорская армия потеряла свыше тысячи человек, еще две с половиной тысячи оказались раненными. То есть, пострадал каждый третий солдат. Тяжелой потерей для престижа Российской Империи также стала гибель трех генералов. Да и сам поход стал наиболее крупной неудачей за все время Кавказской войны. Эти и многие другие причины привлекли к войне большое общественное внимание, которое прежде обходило Кавказ стороной. Император Николай I после этого больше не вмешивался в ход военных действий, предоставив право определять стратегию опытным генералам.