Есть у нас в школе баба Нюра. Женщина в возрасте, не особо опряtная, странноватая особа, такие, знаете, часто встречаются в качестве санитарок, дворничих, кухонных работниц. Немного не от мира сего, но совершенно беззлобные.
Наша баба Нюра- уборщица. Она приходит в школу в обед- когда бОльшая часть детей заканчивает получение знаний и приступает к получению обеда, а затем убегает гулять в школьном дворе или же спешит домой.
Предположу, что рабочие часы бабы Нюры могли бы начинаться позже- в момент, когда школа полностью опустеет, приступать к уборке было бы, наверняка, удобнее. Но она стабильно приходит раньше и, как не трудно заметить, с удовольствием наблюдает за детьми.
Так, встанет столбиком у дверей столовой и стоит, головой кивает, улыбается своим мыслям.
С учениками не устаёт здороваться- прощаться. Тем, кто направляется на обед, улыбаясь, частит: "доброго дня, доброго здоровьичка", тем же, кто поднимается одетыми наверх, а значит, направляется к выходу из школы, в след выкрикивает: "До завтра! Приходи ещё! Смотри по сторонам! Там скользко/ сыро/ холодно/ ветрено".
В общем- то все в школе давно уже привыкли к причудам и своеобразной общительности бабы Нюры. Ученики редко обращают на неё особое внимание: кто- то даже не удостаивает словом и взглядом в ответ, кто- то, наоборот, всегда приветливо кивает.
Удивляются только лишь малыши- первоклассники. Первое время таращят круглые глазки на странную тётю, но также быстро привыкают, как привыкают к тому, что в одних кабинетах двери открываются вовнутрь, а в других- наружу.
Но однажды на меня, как на классного руководителя, свалилось неожиданное счастье в виде нового 7 класса. Что значит нового?
В соседней школе произошло что- то аварийно- стихийное и посреди учебного года срочно потребовался некий ремонт. Соседнюю школу временно расформировали, учеников распределили по школам в округе. А вот 7 класс на полный день пришёл к нам, и тут ещё одна напасть: заболела, и серьёзно, их классная руководительница. А поскольку остальные учителя той школы были заняты на занятиях, да ещё и в разное время, в разных школах, Врио классного руководителя замечательного 7го класса стали искать в нашем заведении. И нашли. Меня. Только что вернувшуюся из декрета учительницу.
Почему я 7 класс называю замечательным поймут, наверное, только педагоги. Это самый zверский возраст классического подростка. Вернее, начало zверского возраста. Продолжение следует в 8, а к 9 классу немного спадает.
Так вот, 7 класс, тем более абсолютно чужой и незнакомый, лёг мне на плечи ну очень тяжёлой ношей. Всего произошедшего с ними описывать не буду, скажу только, что держала меня в сознании мысль, что все это не на долго, месяца на два.
Расскажу лишь о случае с бабой Нюрой, ради которого и был затеян этот рассказ.
Семиклассники мои, а большей частью, семиклассницы, значит, усмотрели в силуэте бабы Нюры, ежедневно маячившей у дверей столовой, повод для насмешек и развлечений. И начали они Нюру всячески подкалывать- сначала хихикать, затем драzниться, кривляться и другими способами свое ничтожное превосходство демонстрировать. Им сделали замечание- раз, два- девчонками по барабану.
Тупые ответы, типа, "а че она со мной вечно здоровается, я же ей сказала, не смей" или "я ваще маме пожалуюсь, что какая- то тетка на нас глазеет, пока мы едим"- дали понять , что с недалекими школьницами разговора не получится.
И я решила поговорить с самой бабой Нюрой, плохо представляя себе, как я смогу объяснить человеку немного не от мира сего, что для её же блага ей следует избегать вот именно этих злобных и неприятных девочек.
Не думаю, что Нюра меня сильно поняла. Пока мы разговаривали, она кивала и улыбалась, говорила "хорошо" и "как скажешь".
Но зато следом разговор куда более содержательный случился у меня с завучем школы, которая мои попытки общения с Нюрой, по всей видимости, слышала, а может, донесли.
Начала она весьма даже напористо:
- Не смей Нюре замечания делать, человек в возрасте, с нелёгкой судьбой, и какое ты имеешь право...
Пришлось срочно оправдываться- объясняться, что же послужило предысторией.
Смягчившись, завуч продолжила:
- Ты знаешь, ей уже за 60. Я когда в этой школе сама ученицей была, она также стояла в дверях, только ещё и слезы текли по лицу. Наша директор того времени долго пыталась ситуацию как- то урегулировать, ну а что сделаешь?
Сейчас Нюра уже перегорела, за столько лет- то. Слезы больше не льются, только улыбка эта печальная на губах играет... А ты не знаешь что ли ничего о ней?
Я отрицательно покачала головой.
- Она вдовой осталась ей ещё и 30 не было. Вся семья ее: муж, ребёночек и мать престарелая в автоkатастрофе погиbли- вот там, прямо на том перекрёстке,- завуч указала рукой в окно. Анна тогда у нас в школе трудилась- учитель начальных классов была. И всю эту аvariю жуtкую прямо в окно видела- они только от дома отьехали, а она урок первый вести начала. А там автобус выехал... Кто был виноват, сейчас и не скажу, но знаю, что все сразу, на месте... А Нюра вокруг машины бегала и выла, как собака...
Со школы ушла она, сразу.
Жизнь превратилась в один маршрут: дом- магазин- сквер, возле того места... Там она и сидела с утра и до вечера. Пока в один день директриса к ней не подошла, за руку не взяла и домой не отвела, оставшись поговорить.
А через 2 дня Нюра к нам в школу вернулась, устроившись уборщицей. Почему в учителя опять не пошла, не знаю.
Убирать приходила сначала поздно вечером. Но со временем, а может и с возрастом, стала приходить раньше, любоваться на бегающих детей, пыталась заговорить с ними. Иногда конфеты приносила, угощала младших.
А помнишь ученика нашего, Юру, из Марь Николавны класса? Лет 5 назад серьёзное заболевание нашли у него, деньги на лечение собирали?
- Помню, конечно, помню. Слава Богу, поправился, чудеса бывают.
- Да, он молодец. Наблюдается постоянно, конечно... Но главное, здоров.
Так вот, Нюра тогда тоже денежку на лечение приносила. Мне лично отдавала, директор в отпуске была. Знаешь сколько принесла наша бабулька?
- Сколько?
- 380 тысяч рубликов. Больше трети миллиона. Как тебе? Сказала, мне тратить некуда, я вот, накопила... А мальчик должен поправиться, негоже деткам болеть...
Слезы навернулись у меня на глазах. Уходя домой я на прощание крепко обняла Нюру, не говоря ни слова. А она, также ни о чем не спросив, крепко обняла в ответ.
Ну а девчонкам тем, семиклассницам я, не особо стесняясь в выражениях, вставила по первое число. Лучше вести себя они, правда, не стали, но из школы нашей вскоре, слава Богу, убрались.