Кинчев написал «Мое поколение» в мае 1985 года. Основную идею песни он разъяснил так:
"Мое поколение – все те, кто созвучен проблемам, печалям, радостям и горестям группы "Алиса". Все те, с кем мне выпала честь жить в одно время."
В то время для того, чтобы исполнять песню, необходимо было получить литовку – разрешение на публичное исполнение.
Журналист Нина Барановская, работавшая в 80-х в Ленинградском рок-клубе, вспоминает, что ради разрешения на исполнение композиции Кинчев пошёл на хитрость, а именно посвятил «Моё поколение» жертвам событий 13 мая 1985 года в Филадельфии.
«Над «Поколением» было написано посвящение: «Жертвам событий 13 мая в Филадельфии». Тогда полиция, по сообщениям нашей прессы, убила несколько человек, взорвав гранату в негритянском гетто. С точки зрения господ идеологов всё было чисто. А на концертах кто поёт посвящения? Никто. Не сочтите это за цинизм. Такие ходы диктовало время».
«Алиса» дала подсказку, что это возможно практически с любым текстом.
Но до записи альбома «Энергия» песня была сыграна на концерте лишь раз. Кинчев принес ее в студию Андрея Тропилло еще сырой.
И Тропилло внес свою лепту в текст и концепцию звучания песни.
Изначально композиция начиналась со слов «Около двух тысяч лет отдано нелепой игре». Однако, во время записи альбома «Энергия» звукорежиссёр Андрей Тропилло предложил заменить эти слова на «Две тысячи тринадцатых лун». Вместо «Но свет давно погибшей звезды…» стало «Но свет ушедшей звезды».
Благодаря Тропилло песня приобрела прекрасное мистическое вступление, которое сыграл на скрипке участник «Аквариума» Александр Куссуль, а потом подхватил на флейте сам звукорежиссёр.
Помимо Куссуля в записи принял участие и другой музыкант «Аквариума» – виолончелист Всеволод Гаккель.
Позже Гаккель вспоминал, что их с Куссулем привлекли к работе случайно, поскольку они оказались в студии в ожидании собственной сессии раньше запланированного.
Однако он считает эту работу бессмысленной, поскольку не может расслышать виолончель в фонограмме. Но всё же отмечает, что это дало основания отметить в своей творческой биографии факт работы над альбомом «Алисы».
И, наконец, именно Тропилло предложил Кинчеву начать песню почти шепотом, а в припеве ударить на всю катушку. Основное же изобретение звукорежиссера заключалось в том, чтобы на протяжении всей композиции выставлять сильную долю в тех местах, где у Кинчева заканчивается дыхание. Технически это осуществлялось при помощи огромного количества склеек.
Андрей Тропилло:
"У человека физически не хватило бы воздуха так спеть. Если эту песню попробовать продышать вместе с поющим, то можно понять, где идут эти врезки. Возможно, в нормальную голову это не лезет, но я представлял себе, что со слушателем разговаривает Господь Бог. А ему, как известно, воздух не нужен".
Вспоминает Константин Кинчев:
"В общем, это действительно лучше. Он подводил базу, но сейчас я вряд ли смогу объяснить. Тринадцатая луна – это годовой цикл. Соответственно, это то же самое, что две тысячи лет. Тропилло в принципе и вокалом руководил, когда я с шепота выходил на голос. Это тоже все творчество Андрея Владимировича."
____________________________________
В 2003 году Кинчева спросили, считает ли он по-прежнему актуальной песню «Мое поколение».
"А ты что, часто слышишь "Алису" на радиостанциях, позиционирующих себя как рок-н-ролльные? Нет. Потому что сейчас на рок-радиостанциях в почете три темы: а) суицидальная, то есть страдания от того, какой я несчастный; б) наркотическая, говоря иначе, уход в иллюзорный мир от несовершенства мира; в) голый, ничем не прикрытый цинизм, чем больше мата или черного юмора, тем лучше."
_____________________________________
С меня история, а с вас лайк и подписка! Договорились?
Истории других песен "Алисы":
- Красное на черном
- Все это рок-н-ролл
- Трасса Е-95