Сейчас в Московской области повсюду коттеджные посёлки, дачные кооперативы. Пчел почти никто не держит в тех масштабах, в которых держали раньше. Я помню, что в нашем посёлке этим ремеслом занимались многие пенсионеры. Конечно их "пчелиные хозяйства" сложно было называть пасеками, но по 6-10 ульев держали.
Помню своего деда, как он, облачившись в защитный костюм и вооружившись дымарём, достаёт из ульев рамки. А я смотрю в окно, т.к. страшно выйти - пчёлы так и вьются вокруг. В форточку с улицы доносится ароматный дымок от сушёных гнилушек, которые дед сушил для дымаря. А после выемки сот их погружали в специальную бочку, похожую на старую стиральную машину - медогонку. Дед крутил ручку, а из специального отверстия вытекал в эмалированные тазики светло-коричневый, как янтарь, мёд. В нём иногда попадались редкие фрагменты сот. Когда мёд в тазиках вносили домой - шёл одурманивающий запах, не сравнимый ни с каким другим.
Дед считал пчёл почему-то очень разумными существами, способными отличать своих хозяев от чужих. Вспоминается момент, когда он, изрядно набравшись, идёт в сад, где стояли ульи, а бабушка ему стучит в окно: "Куда ты, дурень, сейчас заедят тебя!" Дед, почуяв шанс противоречить бабушке, отмахиваясь, говорит: " Это мои пчёлы! Они знают хозяина! Вот сейчас лягу под леток (он и вправду ложится), увидишь - ни одна пчела меня не тронет! И правда, дед сначала садиться на траву у улья, а потом ложится прямо лицом к месту, где начинается леток. И лежит. Я уже не помню, чем заканчивались такие эксперименты, но, по рассказам бабушки, вроде бы никаких недопониманий между дедом и его пчёлами не случалось.
Другое дело - мы. Я всегда боялась пчёл. Идёшь мимо ульев, например, к кусту смородины, а они летают туда-сюда по своим рабочим делам. Вроде бы не трогают, если не махать руками, а всё равно гудят-страшно. Ну, и кусали, конечно, тоже. После этого вынимали жало, и ещё долго ломило место укуса.
Помню, бабушка рассказывала, как однажды она была вынуждена остаться "следить", чтобы рой не улетел. Дед был на работе. Он ей дал указания, чтобы она, надев защитный костюм, сняла рой в колоду. Что-то пошло не так, и бабушка отмокала дня три, лёжа в корыте с постоянно меняемой холодной водой.
Когда дедушка умер, его "дрессированные" пчёлы перешли отцу. Я уже училась в начальных классах и понимала, что если пчёлы начинали активно летать по кругу, значит собираются роиться. Для меня это был сигнал бежать к отцу в цех, чтобы он пришёл и снял рой. Поэтому в середине июля - августе для меня всегда была работа по хозяйству. Я должна была хотя бы раз в час бегать в сад и наблюдать за пчёлами.
Но однажды что-то пошло не так. Не успела я подойди к калитке сада, как увидела как-то странно и очень быстро передвигающуюся на четвереньках в сторону бабушкиного дома маму. Она была очень напугана, т.к. один раз из-за укуса шершня и сильной аллергии на него даже попала в больницу. Открыв калитку, мама встала на ноги и помчалась на крыльцо, а я же услышала мощный гул из сада. Испугавшись гудения, я тоже в два шага вбежала на крыльцо. Увидев, что у мамы прямо на пучке сидит пчела, я взяла косынку и просто смахнула с её волос одну из роя.
Зря я это сделала, ибо зловредное насекомое преследовало меня метров сто. Я бежала, отмахивалась той же самой косынкой, надеясь сбить пчёлку на землю и - что делать - раздавить непокорное насекомое. Но пчела как-то ловко облетела меня и тяпнула в указательный палец той руки, в которой я держала косынку.
Меня словно ожгло плетью. Кого кусали пчёлы, тот знает, как долго и сильно болит. Пока я прибежала, хныча, к бабушке, пока вынули жало, пока помазали одеколоном, прошло какое-то время. Тут мама увидела в окно, что на одном из сучков яблони повис целый "кувшин пчёл". Это непередаваемое зрелище поразило моё детское воображение. Я никогда не видела, чтобы было столько насекомых в одном месте. Меня наконец-то выпроводили за отцом в цех. Никто не решался пойти в сад. Даже из дома было слышно, как они гудят.
Но только я вышла на крыльцо, чтобы бежать в цех, прямо над крышей дома пролетел в сторону леса этот рой. Гул стоял такой, словно истребитель летел. Это была туча пчёл, вот так, наверное, летает саранча.
С тех пор я больше не пыталась гонять дедовых дрессированных шестилапов и исправнее следила за их жизнедеятельностью. Однако вскоре пчёлы у всех заводчиков в деревне передохли по каким-то необъяснимым причинам. Заводить больше никто не стал.