Детство

- Лида, смотри, какой я сарафан купила, - говорила радостно бабушка, доставая из сумки крошечный сарафанчик с ярко-красными петухами на нем, моей маме, ходящей на сносях.

-А вдруг мальчик будет? Зачем сарафан?

-Ну что ты, да на такой сарафан - только доченьку родишь, и все тут.

И точно... 2 октября 1952 года родилась я к великой радости бабушки. Отец, правда, всю жизнь сердился на бабушку за ее сарафан, словно он своей покупкой испортила все его ожидания сына, а бабушка хитро посмеивалась над ним. Правда, и второй, и третий заход в роддом дарил нам только дочек, и батя смирился.

Родилась я в рубашке,поэтому счастливая, а бабушка рубашку постирала и повесила сушиться, но куры сорвали ее и поклевали мое счастье, наверное, поэтому для полного счастья мне всегда чего-то не хватает.

...Детство мое прошло в Узбекистане. Я в семье была старшая, когда мне исполнился год с небольшим, родилась моя сестренка Галя. У нее отрицательный резус-фактор, и потому она была очень слабенькая и болезненная. Бабушка молилась: "Господи, прибери ребенка, за что ему мучаться".

На что дед ругался: "Молчи, дура, ишь чего выдумала".

Вскоре была куплена коза, благодаря ей Галя быстро пошла на поправку. Дедушка часто забирал нас с Галей к себе, мои первые воспоминания связаны с дедом.

...Небольшой городок Узун, расположенный на реке Сурхан-Дарья; железная дорога с небольшим уютным вокзалом; чайхана недалеко от него; летние столики на улице и -необыкновенное мороженное, совсем не похожее на сегодняшнее; мы с Галей в совершенно одинаковых сшитых бабушкой платьицах.

На улицах еще встречаются женщины-узбечки с закрытыми паранджой лицами.

Двор у деда всегда чисто выметен, под виноградником стоит большой стол, на нем самовар, который дед растапливает мелкими чурочками; еще у деда во дворе замечательное сооружение - глубокий колодец. Дед закрывает его крышкой, чтобы туда попали любопытные. Вода из колодца чистая-чистая, холодная, и бабушка использует ее на бытовые нужды - постирать, помыть посуду, налить курочкам,а за водой для чая мы с дедом ходим к горному ручью.

Дорога к ручью проходит мимо конюшни, и мы обязательно останавливаемся; там, на зеленом лугу,пасется привязанная лошадь, а возле нее бегает на тонких ножках жеребенок.

Дед достает присоленную краюшку хлеба, подает лошади,гладит ее гриву и что-то говорит ей ласковое.

В горном ручье вода такая же хрустально-чистая, как и в колодце.

- Дед, а зачем мы ходим сюда за водой? Ведь в колодце такая же чистая вода?

-Видишь ли, в колодце вода никогда не видит ветра, звезды она видит только в узкое устье колодца, а солнце - только когда поднимешь ее в ведрах наверх. А в ручье вода напитана и солнцем, и ветром, и звездами, потому она и вкуснее.

По вечерам наша улица наполняется ребятней, мы играем в прятки: "Раз, два, три, четыре, пять, я иду тебя искать. На златом крыльце сидели царь, царевич, король, королевич, сапожник, портной, кто ты будешь такой?"

И уже в сумерках то с одного двора, то с другого слышен зов: "Наташа, домой! Са-а-ша, Ди-и-на, домой! Наденька, пора домой!"

Колени от беготни всегда в ссадинах. Бабушка наливает теплой воды и ласково выговаривает: "Ну что вы носитесь, как окаянные".

По выходным к нам приходят гости - это бабушкины друзья. И тогда по улице вместе с терпким запахом базилика и бархоток льется песня:

... Ой ты, Галю, Галю молодая. Пидманули Галю, увезли с собою...

...На Муромской дороге стояли три сосны.

...Есть на Волге утес, диким мохом оброс.

Нам постель постелена на улице, на айване, прямо под звездами. Мы засыпаем сразу, только голову прислони до подушки, а песня еще долго звучит в теплой летней ночи.