Завтра будет суббота. И, вечером, в знаменитом театре на Трубе, уже будет бенефис народного артиста Турбина. Да, как летит время?! Полжизни в этом театре: сколько ролей и премьер!
И, наконец, в связи с юбилеем, худрук Васильев дал ему возможность выбрать спектакль для бенефиса. Сейчас тот сидел у окна, взял рюмку и кивнул всем в гримёрке.
Элегантно выпил рюмку и закусил долькой лимона. «А, я и не сомневался, Серёж! На тебя - все полторы тысячи билетов выкупят ещё за квартал до события. И цены поставили, как положено.
Но! Ты знаешь, что истинных почитателей, этим никак не смутить. А тебе – приятно очень будет». Турбин картинно ему поклонился в кресле и чокнулся с друзьями, которые сидели возле стола. Элитный коньяк с закуской были его прелюдией к торжеству.
Третий тост, по давней традиции, был за дам. Турбин не манкировал этикетом. Всегда поднимал фужер стоя. После искренних слов. Выпили. Показал на стенку, над диваном, где красовались портреты трёх жён.
Он сумел со всеми сохранить прекрасные отношения. Первые две были живы, а последняя: любимая Тонечка, ушла в мир иной - пять лет назад.
Вечер – бенефис. В гримёрке – уже море цветов. В зале обе жены и дочь.
Васильев был в смокинге, подчёркивая, что он не только руководитель театра, но и распорядитель всего торжества. Вот сейчас пройдёт спектакль, а потом всех ждёт ресторан за городом. Турбин, в образе, прохаживался по коридору. И всё репетировал роль - с партнёршей.
«Даш! Мне кажется, что это место тебе надо сыграть более игриво. Ты, как бы, даёшь мне карт-бланш для визита в ночи. Это должно там прозвучать между строк. Согласна?».
Она улыбнулась: «Серёж! Хочу тебе это сказать и сделать без строк. И даже полечить тебя от одиночества».
В ресторане, когда пел коронный романс «Бенефис», его стройная фигура пошатнулась. Рука едва опёрлась на микрофон. Дарья Даниловна выскочила из-за рояля. «Серёжа, что с тобой?». Вечернее платье подчёркивало стройную фигуру, но сценическое - было не хуже.
Племянник Васильева сидел за ближним столиком. Выскочил, успел подхватить Турбина. И положил - на краю сцены. Лишь сказал дяде. «Сейчас, к нам, в реанимацию поедем. Там Лолита Леонидовна - на дежурстве. Она любого поднимет. Я, как зав. отделением, знаю».
Спустя полгода, майское солнышко согревало крымский берег. Пара, в лёгких пальто, держась под руки, тихо фланировала по набережной. Тёмные очки только подчёркивали южную красоту дамы. Её мелодичный голос успокаивал.
Мужчина, с обожанием, смотрел на спутницу. «Лола! Неужели, я тебя когда-то не знал? Думаю, что это знак с небес – нам суждено встретиться в мой бенефис. И где? В больничной палате твоего отделения. Как?».
Она положила голову ему на плечо, когда стояли у беседки. Любуясь морскими видами и смотря на чаек.
«Серёжа! Просто БОГ сам знает, как лучше управить наши жизни. Вот решил, что юбилей с бенефисом – это самый лучший повод для нашего знакомства. Пусть даже и на больничной койке. Сам понимаешь, это всё мистика космоса, которая проходит через нас.
А, я жалею, что тогда не попала в театр на твой бенефис. Говорят, зрелище был потрясающим. Сам мэтр Турбин - в таком спектакле. Фантастика!». Он наклонился к ней поближе и легко тронул губы губами.
«Солнышко моё! Это ты - станешь бенефисом всей моей жизни. Теперь, я буду жить до 100 лет при любви доктора. И держать её - на руках!».
