Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Иван Светлояр

Воин из другого мира. Посвящение. Часть 4.

Проснулся Виктор глубокой ночью от того, что кто-то взял его за руки и за ноги и уносил куда-то. Его несли четыре человека. Он застыл в ужасе. Впереди виднелся большой костёр, вокруг которого танцевали люди. Все они были в черепах животных. Зрелище было ужасным. Неужели совет решил не давать ему шанс? Неужели они решили просто сжечь его? Его мысли прервал шаман: -Отважный Ктор, готов ли ты вступить в братство крови, в наши ряды, дабы снять угнетение тварей с нашего народа? Готов ли ты, не жалея жизни, драться с кровожадными тварями до конца? -Готов.- Пропищал Витя. Он не понимал, что происходит, что от него вообще хотят, но решил, что именно такого ответа от него и ждут. -Тогда начнём же.- Закричал вождь, и толпа начала скандировать "Ктор, Ктор, Ктор". Виктора положили на землю и начали ножом вырезать символы на его теле. Он истошно заорал. Спустя несколько минут его кинули в огромный чан, который стоял на огне и закрыли крышкой. Виктор сопротивлялся, пытался снять крышку, но она была

Проснулся Виктор глубокой ночью от того, что кто-то взял его за руки и за ноги и уносил куда-то. Его несли четыре человека. Он застыл в ужасе. Впереди виднелся большой костёр, вокруг которого танцевали люди. Все они были в черепах животных. Зрелище было ужасным. Неужели совет решил не давать ему шанс? Неужели они решили просто сжечь его? Его мысли прервал шаман:

-Отважный Ктор, готов ли ты вступить в братство крови, в наши ряды, дабы снять угнетение тварей с нашего народа? Готов ли ты, не жалея жизни, драться с кровожадными тварями до конца?

-Готов.- Пропищал Витя. Он не понимал, что происходит, что от него вообще хотят, но решил, что именно такого ответа от него и ждут.

-Тогда начнём же.- Закричал вождь, и толпа начала скандировать "Ктор, Ктор, Ктор". Виктора положили на землю и начали ножом вырезать символы на его теле. Он истошно заорал. Спустя несколько минут его кинули в огромный чан, который стоял на огне и закрыли крышкой. Виктор сопротивлялся, пытался снять крышку, но она была слишком тяжела для него. Жидкость была похожа на кровь, она обжигала кожу. Боль пронизывала с головы до пят. Наш герой отчаялся. Он не видел спасения из этого сумасшедшего мира. Жизнь проносилась перед глазами. Как же так, так мало успел пожить, так мало успел сделать? За что с ним так, неужели такова его судьба? Вдруг он понял, что жидкость уже не обжигает его, ему стало комфортно, а раны, бесчеловечно нанесенные, уже совсем не болели. Тогда он решил попробовать убрать крышку. Собрал все силы, что были в его теле и ударил по крышке, та тут же вылетела из чана, да так далеко, что её не было видно. Опьяненный своей силой он разломал чан пополам. Жидкость обильно выливалась в костёр, но тому было не почём, наоборот он загорелся пуще прежнего. Виктор вышел из чана. Прямиком в открытое пламя, но огонь не обжигал его. Витя чувствовал родство, как будто бы он живой. Языки пламени расступались перед ним. Тогда он протянул руку к одному языку и тот прыгнул ему в ладонь, всем своим видом показывая своё подчинение. Толпа ликовала. Они скандировали:

-Ктор, Ктор, Ктор, Ктор.

Виктор вышел из огня. К нему подошёл вождь.

-Поздравляю юный герой. Ну а теперь праздновать!

Его схватили за руки и уволокли танцевать, там он встретил ту красавицу, которую сам про себя называл нежно "Ту". Они танцевали пол ночи. Пили неизвестные напитки. Ели не понятную еду. Но Виктору было спокойно. Он чувствовал себя в безопасности, а в груди пылали новые чувства. Он чувствовал себя всемогущим, всесильным, непобедимым.

С первыми лучами солнца к нему подошёл вождь и сказал:

-Теперь ты один из нас Ктор, но тебе нужно научиться контролировать свою силу. Познать её, прежде чем ты начнёшь её использовать и выполнишь своё предназначение.

-Какое предназначение?

-Всему своё время друг мой. А сейчас иди отдохни. Через час к тебе придёт учитель. С малой группой начнёшь тренировки.

Виктор послушал вождя и, попрощавшись с Ту, отправился в свою хижину. Отходить от непонятных ему впечатлений. У него никогда не было такого обилия эмоций внутри, и от этого становилось и хорошо и плохо одновременно.