Глава 4
Желтые языки пламени, чуть вздрагивая и извиваясь, бесшумно облизывали лежавшие в костре ветки. Их легкое потрескивание напоминало клацанье зубов неведомого зверя, притаившегося сейчас в огне.
Вечерний легкий ветерок гулял между сосенок, заставляя их макушки еле слышно перешептываться. Освещаемые огнем ветви отбрасывали причудливые тени, что слегка покачивались на стволах огромных столетних деревьев, словно выплясывая незатейливый ночной танец.
Двое сидели молча у огня, лишь изредка Флаури поглядывал на свою спутницу, но та не обращала на него никакого внимания. Флаури мог с ней заговорить, что-то спросить. Но что? С чего начать? Его голова буквально кипела от насыщенности недавних событий. Все перепуталось, и он не мог сосредоточиться на чем-то одном, совершенно забыв о том, что именно она хотела завести с ним разговор. Пока Флаури разгребал мысленный беспорядок, Милана вдруг сказала:
– Не думала, что отыщу тебя так скоро. Что ты здесь забыл? – Она ворошила палкой угли в костре.
– Постой! Постой! Я ничего не понимаю! Что это вообще значит? – вскинулся вдруг Флаури, размахивая руками.
– Мне нужна твоя помощь, – не отводя взгляда от костра, промолвила Милана.
– Тебе?! От меня?! Какую помощь я могу тебе оказать? Вижу, ты не на ярмарку приехала! Вон, оружие какое! А из меня воин никудышный. Деревянной палкой только умею махать. Ты себе представить не можешь. Когда орка увидел, даже меча не смог поднять. Позор еще тот…
– Страх – это не позор. Не боится опасности лишь безумец. А безумцы зачастую проигрывают из-за своей же беспечности, – попыталась успокоить она Флаури.
– Ага. А кто испугается как следует и в штаны наложит, тот побеждает. Зачастую… – саркастически отозвался тот, изредка поглядывая на девушку.
– Ты еще очень мал, чтобы понять. Когда-нибудь ты узнаешь, что в сражении выигрывает не тот, кто не боится, а тот, кто ценит противника. И чем больше ты его ценишь, тем проще тебе с ним сражаться, – серьезно подытожила Милана.
Флаури воспринял сказанное не как руководство к действию, а скорее как занудную поучительную речь, которые терпеть не мог, хотя очень часто приходилось. Да и с чего она возомнила себя его учителем? Лихо махать красивыми сабельками – одно, а мудрые мысли в двадцать, или сколько там ей, лет излагать – совершенно другое.
– Так! Первый урок по философии боя я получил. Но ведь ты не об этом хотела со мной поговорить? Не думаю, что такая прелестная девушка полжизни искала меня для того, чтобы поужинать у ночного костра, – Флаури чуть прищурился, подозревая что-то неладное. – Кто ты?
– За прелестную спасибо, – Милана слегка улыбнулась. – Только не пугайся и не кричи на весь лес, хорошо? – предупредительно сказала она.
И только Флаури хотел задать вопрос: «Не пугаться чего?», Милана вдруг сдернула налобную повязку. Мальчик обомлел. Из-за ее прекрасных золотых локонов выглядывали изящно вытянутые и заостренные уши. Ей даже не нужно было ничего говорить; по выражению лица мальчика все стало ясно.
– Эльф?! Ты эльф!!! Не может быть!!! – взорвался он, чуть не свалившись с огромного пня, на котором сидел.
– Тише! – поднесла палец к губам девушка, но эмоции переполняли Флаури. – Да тише, говорю! Флаури!!! Заткнись!!!
Мальчик затих, но его глаза продолжали сверкать и кричать от несдерживаемого удивления. И лишь спустя десяток секунд он смог вымолвить:
– Но откуда? Я слышал, что все эльфы вернулись на Эдиан! От них ни слуху, ни духу уже двести лет! – Он едва мог поверить в увиденное.
– Эльфы исчезли… – согласно кивнула Милана. – Но исчезли не по своей воле.
– Так… Стоп. Мне нужно прийти в себя, – Флаури захлестнули сейчас такие чувства, что он не мог даже воспринимать информацию. Он глотнул из фляги воды и продолжил: – Меня находит эльф, чтобы сообщить мне об исчезновении, совершенном по чьей-то воле. И просит меня о помощи. Меня. Разве это возможно? – он говорил уже вполголоса, сам с собой, тыча в грудь пальцем, словно спрашивая у незримого собеседника.
– Кто-то очень могущественный решил избавиться от нас, – сказала девушка, замерев на миг.
– Да кому подобное вообще может быть по силам? – одернулся Флаури. Для него эльфы всегда существовали как единственная непобедимая раса. Ни скрытные дриады, ни дикие орки, ни даже трудолюбивые гномы... А эльфы! Но сейчас в его душу, в его детские мечты просто-напросто насильно внедрили сомнения.
– Проклятие, наложенное на земли Хадалмара, имеет чудовищную силу, и эльфы не смогли противостоять ему. Магия, которую использовали против нас, требовала величайшей ментальной силы. Такой концентрацией не обладает ни один смертный. По крайней мере, потребовалось бы несколько тысяч сильнейших магов… – Милана, казалось, сама недоумевает, лицо напряглось, взгляд посуровел, губы задумчиво поджаты. – А поскольку во всем Эруаде кроме Эрве нет подобных, то мир, мне кажется, скоро поглотят Глубины Сущего.
Еще будучи двенадцатилетним мальчиком Флаури любил слушать интересные рассказы мудрых учителей Даллор-Кура, что преподавали в деревенской гимназии мировую историю:
«И создали боги наш мир, основав его на шести титанах – Чудесах Эруада. И заселили боги мир шестью расами, чтобы существовали они мирно и делились дарами Чудес. И предоставили боги всем возможность выбрать себе сильного и мудрого правителя. Тот, кто победит Зверя, охранявшего Чудо, и воссоединится с последним, сможет получить великие знания для благодатного существования своей расы».
Эрве – так называли получивших бессмертие, отважных воинов, кто смог пройти испытание Чуда, победить охранявшего его Зверя. И созывали шесть Эрве всех желающих раз в год на великий праздник Сарветанг, что проходил в Срединных землях. Эрве приносили в храм дары Чудес и двадцать один день пребывали в молитвах. Считалось, что они возвращают часть полученной силы шести богам в благодарность за бесценные знания.
– Но легенда говорит… – пытался возразить Флаури.
– Что может говорить ваша легенда, если ни один смертный ничего не знает о случившемся! – отмахнулась Милана. – И что ты вообще знаешь о легендах?!
– Ну, про эльфов я слышал из рассказов нашего старосты… Бывшего старосты… – нехотя поправился Флаури.
– Который, конечно, присутствовал при исчезновении! – Кажется, Милану задели слова Флаури.
– Нет, но…
– Тогда чушь вся эта ваша легенда! Скорее сказка на ночь! – Перевела взгляд в сторону девушка, но потом добавила: – И что же именно рассказывал тебе староста?
– Он говорил, что эльфы отрешились от мирских дел и отправились домой в Хадалмар… А континент Эдиан заколдовали нерушимыми заклятьями, чтобы никто не смог посетить их город.
– Ясно, – поморщилась Милана. – Эх, знал бы мой народ, какие сказки здесь хаживают про них.
– А ты почему здесь? На тебя не подействовало проклятие? – непонимающим взглядом уставился на Милану Флаури.
– Дело в том, что в это время я находилась вне пределов Эдиана. Но узнала об этом почти сразу же благодаря ментальной связи с эльфами. Один из них показал мне образ, который видел – их окутывала странная дымка, такой туман, словно сама ночь накрыла своим телом Хадалмар. Связь продолжалась, видимо, до тех пор, пока зловещее заклинание не возымело полное действие.
– Ты сказала про Эрве! Неужели ты считаешь, что за всем стоит бессмертный?! – встрепенулся он.
– Могу только предполагать. Знаю точно, что Эрве людей и вьорнов нет в живых. Эрве людей погиб вместе со своими сыновьями меньше года назад в Къёрденфелле. Но насчет него я глубоко сомневаюсь. Эльфы в западне, вьорны и вовсе живут теперь на болотах и к Чудесному Вулкану им не пробраться. Гномы вообще не вылезают из своего Хагерита. На счет дриад... – Милана задумалась на секунду. – Ни за что не поверю. А раз уж орки полезли из всех щелей, нападая на людей, то вероятность причастности их Эрве достаточно велика. Только вот неизвестно, где искать его.
– Зачем дриады ушли вместе с эльфами на Эдиан? Что им не жилось в Эйрдалле? – подозрительно проговорил Флаури.
– Да затем, чтобы оградить себя, наконец, от непрекращающихся войн. Их тогда осталось не больше сотни. Эльфы предложили им помощь, с радостью предоставив собственные бескрайние леса для восстановления почти вымершей расы.
– И все же это очень странно. Как я могу тебе помочь? И почему именно я? – дрожащим голосом произнес он.
Вот он! Этот вопрос! Милана боялась его больше самой ужасной в мире твари. Ну как ответить на него, чтобы он поверил, если она сама толком ничего не понимает.
– Может это покажется тебе безумием, но ты мне представал в моих снах и видениях на протяжении всей жизни, – возможно, это явилось самым невероятным признанием и далось ей с большим трудом, но Милана должна была это сделать.
– Ну и что? Подумаешь, сон. Мне вот тоже сны снятся, представляешь? – Флаури, казалось, посчитал ее идиоткой. – Мне всю жизнь…
– Не ёрничай! – перебила она его. – Ты думаешь, что эльфы просто так исчезли? Думаешь, за этим не последует нечто ужасное? – Милана чуть повысила голос, но держалась спокойно.
– Слушай меня, девушка! Убили моего отца! Причем довольно странным образом! Я искал нашего наместника и попал в неприятности! Я ищу тех, кто это сделал! И пока не прольется их проклятая кровь, я не собираюсь пускаться в авантюру с кем попало! – выпалил он и решил, что ей ответить будет нечем.
– А тебе не кажется, что ты уже пустился в авантюру?! Ты знаешь, кто убил твоего отца? Где их искать? Сколько их? – Загибала пальцы девушка, видя, как мальчик сникает.
Флаури отчаянно отвел взгляд. Он и сам понимал, что бросился в погоню за неизвестностью. Наместник может и сумел бы ему растолковать, что же случилось на самом деле – Мадо ведь молчит. Но каким образом Флаури отыщет убийц. Ему вряд ли кто-то поможет. Ни наместник, ни его подчиненные не станут разбираться в проблемах, которые наверняка окажутся лишними в повседневной жизни королевства. Прежде всего, займутся убийством Королевских Мастеров. Что там какой-то скотовод из Веорны. А на что способен Флаури? Да, наверное, ни на что.
– Можешь рассказать, что странного было в убийстве твоего отца? – вдруг спросила Милана, видя, что Флаури совсем отчаялся после ее слов.
Флаури покачал головой, но рассказал все произошедшее в подробностях. Милану особенно заинтересовал тот странный черный дым, которым заполнился зал суда.
– Не знаю. Я ничего не успел сообразить, как меня охватило страшное удушье. Я потерял сознание. Мне потом брат сказал, что был какой-то черный дым, – развел руками он.
– Действительно, странное убийство, – скрестив ладони у подбородка, задумалась девушка. – Несомненно, была важная цель. Староста, скотовод, два королевских Мастера. Какая связь между ними? Они признали его виновным. Точнее двое из трех. Если кто-то пытался спасти твоего отца, то почему он погиб. Стрела… Откуда взялась стрела… Где эта стрела?
– Я не знаю, – пожал плечами Флаури. – Возможно, брат знает. Я провалялся в кровати несколько дней, пропустив все похороны. – Вдруг вновь накатила горечь утраты и обида на самого себя.
– Тела убитых Мастеров исчезли… – продолжала распутывать клубок невероятных фактов Милана, – человек теряет дар речи и не может совладать с собой. Я боюсь делать такие выводы, но, похоже, здесь пахнет очень мерзкой магией, – последние слова она произнесла с такой ненавистью, словно однажды испытала на себе муки и страдания, порожденные той самой волшбой.
– Вот уж действительно бред так бред… – сильно покачал головой мальчик, словно пытаясь вытряхнуть из головы весь намешавшийся водоворот мыслей.
– Как зовут твоего брата? – вдруг ни с того ни с сего поинтересовалась девушка.
– Джорд… Слушай, не заговаривай мне зубы! Все равно ты меня не убедишь! Я ни за что не поверю в то, что какие-то там видения наблагоразумили тебя найти меня! Ты даже толком ничего объяснить не можешь! Что за помощь?! Где я ее должен оказать? Сколько для этого нужно времени? – Флаури хоть неосознанно, но все же завел Милану в тупик.
– Не могу я ответить на твои вопросы, потому что сама знаю не много! – отчаянно выпалила Милана.
– А что же ты знаешь? – недоумевал Флаури. – Может, я вовсе не нужен в твоих странствиях.
Он не пытался над ней шутить. Просто не верил до конца в историю, которую она рассказывает.
– Знаю лишь то, что исчезновение эльфов – это первый, начальный этап спланированной гибели мира. Кто-то сильно постарался, чтобы лишить всех того непобедимого оружия, коим они являлись! – драматично проговорила она, пытаясь пробудить в нем хоть каплю доверия.
– Все равно не пойму, почему именно я? – непреклонным тоном заявил Флаури.
– Понимаю, в это трудно поверить. Когда я тебя увидела, то тоже была сильно удивлена, – еле заметно усмехнулась Милана.
Флаури искоса посмотрел на нее, а девушка продолжила:
– Но я не могу сдаться, проделав такой путь. И если ты хочешь отомстить за смерть отца, то одному тебе не справиться. За тобой только чувство горькой утраты и отчаянной мести – ни умения, ни знания у тебя нет. Так что я могу предложить тебе все это, за твою помощь мне. И не спрашивай больше ничего… – Милана надеялась на то, что вопросов больше не будет.
– Ты хочешь сказать, что у меня нет выхода? – вцепился глазами в костер Флаури.
– Из любой, даже самой безнадежной ситуации, всегда есть выход. Единственное, что выход зачастую может тебя не устроить. Но он есть. Жить со знанием того, что рано или поздно твой родной дом будет сожжен, а близкие тебе люди и ты сам – убиты, либо пойти со мной в неизвестность, где, может быть, ты умрешь в сражении за спасение мира, а может, станешь величайшим из героев! – выразительно закончила фразу Милана.
– Хороша перспектива! Не очень-то жалую неопределенности! – бросил Флаури, нервно ковыряя палкой в костре.
– Я их тоже не очень-то жалую, но, поверь, я сейчас в том же положении, что и ты, – Милана закончила, и вокруг воцарилась тишина.
Спустя минуту Флаури произнес:
– Это трудно. Решиться на такое. Не уверен, что готов к этому, – почти беззвучно сказал он, – там, в деревне, мои родные, мама и брат. Они, наверное, уже с ума посходили, беспокоятся за меня. Мама еще не отошла от смерти отца, а я снова заставляю ее переживать. А брат мне вообще уши оторвет... Я, пожалуй, отправлюсь домой.
– Подожди, – остановила его Милана, – слишком опасно пробираться в такую даль впотьмах. Давай лучше отправим твоим родным весточку, а наутро продолжим поиски? Если же наместник вернется ночью, я непременно услышу конский топот.
Мальчик знал, что бы он ни написал, маме легче не станет. Ее сын неизвестно где и с кем. Она может напридумывать что угодно. И только одна надежда на Джорджио… Он-то наверняка знает, куда Флаури мог направиться.
Его переживания заметила и Милана.
– Поверь, они прочтут твое сообщение спустя пару часов. И сильно переживать никто не будет.
– Вряд ли! Ты не знаешь мою маму, – покачал головой Флаури. – Лишь бы она поверила в это.
Написав недлинное письмо, Флаури стал наблюдать, как девушка собирается отправить его домой. Его глаза не успели уловить того момента, как на ладони Миланы оказалась белая птица, что спокойно сидела, пока девушка привязывала к лапке сообщение. Флаури показалось, что она появилась буквально из ниоткуда. Секунду назад ее не было, затем он моргнул, и птица появилась.
«Да уж! Эльфы!» – еле заметно помотал головой мальчик.
Белоснежная голубка вспорхнула с ладони Миланы и унесла сверток на восток, исчезнув через мгновение во мраке наступившей ночи.
На этом Милана отвернулась, укрылась теплой накидкой и мирно задремала.
Флаури оказался один на один со своими мыслями и переживаниями. Еще никогда ему не приходилось делать такой серьезный выбор.
«Отправиться домой к родным, но жить с постоянным ожиданием опасности за себя и свой дом? А существует ли она вообще, опасность-то? Несколько заблудившихся орков не такая уж серьезная опасность. Или поверить эльфийке? Но когда я вновь увижу семью? Маму, брата... Схожу на могилу отца...
А что если сообщить наместнику? Если они придут вместе, то Милана сможет уговорить его мобилизовать силы и начать подготовку к войне. Идея хорошая. Вот завтра с утра и поговорим», – закутавшись в теплый плащ, размышлял он.
* * *
– Как его нет дома?! Он что, вообще не появлялся?! – недоумевающе воскликнул Джорджио, вернувшись с торговцами в Веорну за два часа до полуночи.
Эмилия неумолимо рыдала, сразу надумав себе самое худшее про младшего сына.
– Мам, не волнуйся! Я найду его! – накидывая кожаную тунику, засуетился Джорджио.
– Стоять! – резко вскинула руку Эмилия, ткнув пальцем в его сторону. – Ты никуда не поедешь! Во тьме найдешь одни лишь неприятности! Кто знает, какие твари рыскают по ночам!
– В наших-то краях уж точно никаких тварей нет, – попытался успокоить мать Джорджио.
– Зато есть волки! Я сказала! Никуда!
Увидев в глазах матери отчаяние и боль, Джорджио отступил.
– Хорошо, мам. Завтра буду в Даллор-Куре и все узнаю.
«Главное, узнать, куда делся Дорвен, а там и до Флаури недалеко. Я надеюсь. Этот парень мог поехать только за ним и никуда больше!»
– Только не смей никуда уезжать из Даллор-Кура! – всхлипывая, сказала мать. – Я не переживу третьей потери. Ты у меня единственный остался!
– Мама, не говори так. Я уверен, Флаури завтра же вернется. А если… – Он не стал продолжать, но быстро нашелся. – А если ему неймется стать героем, я его проучу!
* * *
Петухи громко прокукарекали прямо под окном. Флаури открыл глаза, ему очень хотелось спать, но почему-то он не стал вновь закрывать веки. Поднявшись с кровати, мальчик зачерпнул ладонями из стоявшей рядом кадушки ледяной воды и умылся. Ему показалось странным то место, где он сейчас находился. Такое ощущение, что он прожил здесь всю жизнь, и в то же время оно ему абсолютно чуждо. Выглянув в окно, он увидел небольшую деревушку, чуть меньше родной Веорны. Это была точно не Веорна. Он видел ее раньше, но когда, вспомнить не мог.
Через минуту он оказался на улице. Люди, обычные люди, толпами бродили вокруг него, однако никто не замечал его присутствия. Они шли, шли, шли… Будто попусту меряя шагами землю.
Сквозь бесконечную людскую завесу Флаури вдруг увидел смотрящую на него издалека девочку. Казалось, она тоже никому не нужна в мире бесконечной суеты и равнодушия.
Флаури попытался позвать ее. Она все пристальней приглядывалась к нему, словно видела до боли знакомое лицо. Вдруг она бросилась к Флаури, протискиваясь между людских тел и протягивая вперед руку. Ее толкали, сшибали с ног, но она поднималась и продолжала прорываться сквозь толпу.
Что-то особенное крылось в ней, какая-то невероятная, чудовищная сила. Мальчик не мог понять, зачем он ей нужен. Но до его сознания внезапно донесся ее сладкий тихий голос: «Не бойся меня, я тебе помогу!»
* * *
Утро выдалось солнечным, но по-прежнему прохладным. Продрогший Флаури протер слипшиеся глаза. Из головы у него тотчас вылетели все ночные сновидения. Сириус спокойно бродил вокруг, разыскивая среди зеленеющей растительности что-нибудь повкуснее. Милана сидела у костра и помешивала в небольшом котелке булькающий отвар. Пахло утренней свежестью и возрождавшейся после зимы природой.
Флаури облизнулся.
– О! Завтрак! – встряхиваясь от холода, поднял брови он. – Что будем есть?
– Дары природы, – весьма значительно проговорила Милана.
Флаури поморщился, взглянув на плавающие в котелке травы.
– Дары? Вот так повезло. Природа щедро одарила нас вонючей зеленью. О, спасибо тебе, Прекраснейшая! – вскинул руки вверх Флаури.
Милана лишь недовольно покачала головой.
«Ничего! Ты потом меня молить будешь приготовить это еще раз».
– Откуда котелок? – заметил Флаури.
– Надо спать меньше. Взяла в трактире у Харита. Он так рад был меня видеть, – произнесла Милана, и на лице засияла милая улыбка.
– Что ж ты не взяла пищи-то нормальной? – отчаянно проговорил еще не проснувшийся Флаури, недовольно морщась от далеко не аппетитного вида содержимого котелка.
– Хочешь, сходи да возьми, если он угостит тебя. Или ты несметно богат? – улыбка моментально слетела с прекрасных губ девушки, и взгляд вновь стал серьезным, даже суровым, но это придавало ей еще большую сексуальность, чего не смог не заметить Флаури.
Бросив в сторону эльфийки мимолетный взгляд, так, чтобы она не заметила, и, осознав, что выбор у него невелик, Флаури принюхался к непонятному запаху и подсел поближе. Кажется, есть придется, что положено. И впрямь, денег у него нет, а клянчить завтрак у Харита, который и так вчера помог несказанно, было бы весьма невежливо.
– Слушай! У меня есть предложение! – вспомнив о ночных раздумьях, сказал Флаури и поведал о них Милане.
– Ты думаешь, что твой наместник еще не знает об опасности? – невозмутимо спросила девушка. – Вести разлетаются очень быстро. А появившихся орков в центре королевства никто не оставит без внимания. Держу пари, уже усилены патрули и дозорные, так что нет нам смысла мотаться туда и обратно, чтобы рассказать то, что все и так знают. Тем более, сам говоришь, его сейчас нет в городе. Если он уехал по этому тракту, то до сих пор разъезжает по просторам королевства, – она закончила, вопросительно глядя на Флаури и ожидая от него важного решения.
Флаури заметил негласный вопрос девушки, покачал от досады головой и молча попробовал кулинарный эльфийский изыск. Вот тут то и перевернулось представление Флаури о травах с ног на голову. Зачерпывая снова и снова сие божественное творение, он извинялся за «вонючие травы» и требовал не выкидывать рецептик.
– Только если ты будешь меня умолять, – празднуя победу вкуса, промолвила Милана.
– Если потребуется, я готов даже кого-нибудь убить за это, – не прекращая опустошать котелок, бормотал мальчик. – Хотя умолять, тоже сойдет.
«Что изначально и было задумано», – заключила эльфийка и поднялась.
– Тогда доедай и пошли к Хариту. Ему надо котелок отнести, – Милана посмотрела на него успокаивающим, полным нежности и обаяния взглядом, и ему ничего не оставалось, кроме как согласиться.
Они вошли в трактир. Харит поднимал с пола валявшиеся скамьи и прибирал осколки. Орки повеселились здесь на славу. Уже знаменитое «Едят тебя мухи» звучало через каждое ругательство.
Вернув одолженный котелок, они попрощались с трактирщиком и вышли на тракт. И пока Флаури, проверяя конское снаряжение, мялся, не решаясь отказать Милане в помощи, та еле слышно запела причудливую песню на неизвестном ему языке. Впрочем, это не было похоже на песню, но ее мелодичный голос, переливаясь мириадами прекраснейших звуков природы, создавал именно такое впечатление. Невозможно было оторвать слух от исполненного любви и ласки голоса. Флаури невольно прикрыл глаза, и в его сознании возникла великолепная картина весеннего леса, где в некоторых местах шапками еще лежал снег. Он вдруг вдали увидел очертания какого-то животного. Далеко. Не разглядеть. Фигура стремительно приближалась, и теперь Флаури мог точно сказать, что это… Лошадь! Сверкающая белизной на солнце, она гордо скакала меж деревьев.
Но что это значит?
Сириус внезапно резко дернулся, да так, что Флаури, державшегося за поводья, рвануло вперед, и он полетел на землю. Отряхивая голову ото мха и полусгнивших прошлогодних листьев, Флаури хотел было вскинуться на обезумевшего коня. Но когда он открыл глаза, перед ним оказалась та самая лошадь, что только что существовала в его видении. Белоснежную красоту животного нарушали лишь седло и темно-серая седельная сумка, на которой крепился изящный лук.
Рядом горделиво приплясывал Сириус.
– Это… ч… к… кто? – запинаясь, произнес Флаури, словно забывший родной язык.
– Это моя лошадь, Флаури. Сабрина. Похоже, Сириусу она понравилась, – девушка повернулась к Сириусу: – Не обольщайся, конь! Хочешь добиться ее расположения, придется очень постараться.
Флаури оцепенел:
– Откуда она здесь? Где ты ее прятала? – недоумевал Флаури. Фокус с голубкой он еще как-то понимал. Может, таила в рукаве или еще где. Но лошадь! Ее в рукаве не спрячешь.
– Я ее не прятала, – беззаботно улыбнулась Милана. – Это природа, Флаури! – чуть тише сказала она, рассчитывая на то, что он уловит связь.
– Эта лошадь хоть настоящая? – легонько прикоснулся он к Сабрине, и та ткнулась ему мордой в ухо.
– Самая настоящая. С помощью ментальной связи Сабрина всегда знает, где я нахожусь, и может найти меня где угодно.
Флаури был поражен, но ничего больше вымолвить не сумел.
Они вывели лошадей на дорогу. И тут Флаури осмелел:
– Милана, ты прости, но... – не успел он закончить фразу, как вдалеке на юге показалась фигура всадника. Он скакал быстро, словно нес очень важные вести. Спустя несколько минут, поравнявшись с Миланой и Флаури, он резко дернул поводья. Серебристая кираса с синим плащом выдали в нем воина королевского полка.
– Предупредите жителей! В получасе езды обнаружены следы орков! Отряд королевского наместника разведывает местность! Я за помощью в Даллор-Кур! – с этими словами он пришпорил коня.
Милана нырнула в трактир, а Флаури вскочил на Сириуса, готовый, наконец, достичь заветной цели.
* * *
– Джорджио, Джорджио!
Раздирая последние сновидения, ворвался в сознание знакомый голос. В следующий миг дверь громко распахнулась. В проходе стояла мать с прижатыми к груди кулачками.
– Что случилось, мама? – протирая заспанные глаза, промямлил Джорджио.
– Смотри скорей! Это от Флаури! – Эмилия бросилась к сыну, разворачивая клочок бумаги.
Джорджио сел на кровати, непонимающим взглядом уставившись на мать. Взяв из руки трепещущей женщины обрывок, он увидел знакомые каракули. Флаури не славился красотой письма, а его причудливые закорючки оказались легко узнаваемы.
«Дорогие, мама и Джорджио! Я не застал наместника Дорвена в Даллор-Куре и решил отправиться по его следам. Вернусь, как только найду его и все узнаю. Хочу вас предупредить. Орки нападают на людские поселения. Думаю, вам стоит перебраться во Вторую столицу. Иначе вас не успеют защитить. Так получилось с деревней Кромин. Со мной весьма воинственный спутник, так что за мою безопасность можете не переживать. Люблю вас. До скорой встречи».
– Это что вообще такое?! – на глаза Эмилии навернулись слезы.
– Мам, не переживай...
– Да как тут не переживать?! Зачем он поехал за Дорвеном? Что за спутник? И, в конце концов, откуда он взял орков в Алакорне? – Эмилия нервно семенила из угла в угол, обхватив голову руками.
«Во что он опять вляпался?!» – задумчиво потер губы ладонью Джорджио.
Вставая с кровати, он быстро надел рубаху, а затем словно запрыгнул в серые хлопковые штаны.
– Орков не видать уже несколько сотен лет. Может он что-то напутал? – Джорджио остановил мать, взяв ее за плечи.
Во дворе послышался шум и громкие разговоры. Кто-то спорил. Из окна разглядеть ничего не получилось, и Джорджио, поцеловав мать, вынырнул из комнаты.
Веорна ожила за считанные минуты. Возле каждого дома толпились люди, что-то бурно обсуждая. Оказалось, получасом ранее в деревню прибыли стражники из Даллор-Кура, что прямиком направились к старосте Мадо. Спустя время быстрый паренек, видимо, помощник старосты, разнес по деревне действительно тревожные вести. Он-то и прибежал к дому Тимбертонов, когда Джорджио выскочил на улицу.
– Орки, Джорджио! Собирайте... вещи! У вас... полчаса... пока десятник... со стражей здесь. Дольше... ждать не станут.