В глубинке Архангельской воды такой глубины,
Что Космос вбирают в себя до последней орбиты.
Но вот парадокс: нет в Архангельске лютой войны,
А земли забыты, а судьбы травою покрыты.
Чуть дальше шагни от асфальтовых серых дорог –
И встретишь деревни, где больше здороваться не с кем.
Взирает на них Всемогущий, Всевидящий Бог –
Да ты, пилигрим, миновавший леса-перелески.
Основы домов – а в основах никто не живёт,
Решишься войти – так шагни за порог, и в проёмах
Останется жизнь; пусто смотрит безглазый киот
Не видя в упор ни тебя, ни родимого дома.
На печке разбитой давно поселился кипрей,
Крапива тихонько вошла в эти новые сени.
Тянуло бы мраком из двери – да нет их, дверей.
Над слегой миры выгибаются в ласке весенней.
Как весело бродит в березах разбуженный сок!
Комар голос пробует, лоси ломают деревья.
Как мал человек – и как дом непомерно высок!
Заброшенный дом обезглавленной русской деревни…
© Copyright: Наталья Мартишина, 2012
На картине Анатолия Власова - северная деревня, в Каргополье. Он был и в Архангельске, и в Каргополе - я там не была. Стихотворение написано по впечатлению от фотографий. Но проблема та же - красота и гибель. Красивейшая деревянная церковь в Лядинах сгорела от удара молнии. Теперь она - только на фото и только на картинах. Красное колесо колодца... Да, это она - церковь в Лядинах на картине Анатолия Власова.
Молния ударила, и громоотвод на церкви был, только не по правилам установленный. То ли выше креста, то ли ниже...
Не осталось ни брёвнышка.