#вэтотдень
6 апреля 1327 года итальянский поэт Франческо Петрарка впервые встретил Лауру, которую полюбил с первого взгляда. Она уже была замужем и они никогда не были вместе, но свою любовь к Лауре Петрарка пронес через всю жизнь. Остались его сонеты – вершина лирики всей итальянской поэзии эпохи Возрождения.
Мы представляем вам беллетрезированную версию их встречи.
***
6 апреля 1327 года в Авиньоне шел проливной дождь. Тучи уже давно и прочно затянули небо. Они казались такими тяжелыми и серыми, что поверить в скорый приход весны было трудно даже пахарям, день за днём месившим чёрную мокрую землю на полях. С сомнением качали они головами, прищелкивая языками, и уже не надеялись на скорые всходы. Посевы могли пропасть.
Прихожане собрались на службу в Великую Пятницу – важнейшую из служб Страстной недели, посвященную осуждению на смерть, крестным страданиям и смерти Иисуса Христа, а также снятию с креста Его тела и погребения – в церковь Святой Клары пришли горожане. Среди них был и Франческо Петрарка. Великая Пятница – единственный день в году, когда в Католической церкви не совершается Евхаристия. Богослужение начинается с того, что Священник и диакон в облачениях красного цвета подходят к алтарю и простираются ниц. Все собрание молится в полной тишине. Затем провозглашается молитва Страстной пятницы.
Служба шла на латыни, свечи не возжигали, в церкви было холодно, мужчины с грубыми руками, хозяйки с ноющими плечами, девушки в темных платьях и вечно шмыгающие дети слушали молча, готовясь встать на колени. И вдруг стало тихо. Многодневный, изнурительный дождь перестал, сквозь витраж, изображающий Клару с лилией в руке, блеснуло солнце. Чудо?
Священник перешёл к проповеди. Он говорил о том, что без смерти не бывает воскресения, без страданий блаженства, а без покаяния благодати. Страданиями душа очищается, прежде радости идёт печаль, и за горем всегда наступает светлый час, путь распрямляется, Бог не оставляет своих детей.
Свет скользил по полу. Петрарка следил за ним, не сводил глаз с луча, который задержался на шее девушки, чьи косы были высоко убраны и обёрнуты вокруг головы наподобие короны. Она обернулась и глаза их встретились. Что-то происходило с юношей, в голове звучали слова из книги пророка Исайи - Вот, сын Мой будет благоуспешен, возвысится и вознесется, и возвеличится [Ис. 52:13] - сердце громко стучало, дыхание перехватило. Огромные глаза внимательно смотрели прямо ему в душу, губы девушки шевелились, пылинки парили облаком, складываясь в нимб вокруг изящной головки. Время остановилось, солнце струилось мёдом, час откровения, экстаз минуты - все сплелось в один миг, выхваченный из монотонного речитатива священника, страшного часа страданий Спасителя, дождливого весеннего месяца, отметившегося долгожданным рассветом.
После службы Франческо узнал имя красавицы: Лаура. Laura значит «l’aurea», то есть «золотая», «l’oro» - час, «laurus» - вечнозелёный лавр. Все сошлось - сама Слава взглянула Петрарке в глаза, а девушка по имени Лаура де Нов отправилась домой. Известно, что она прожила длинную жизнь, родила 11 детей и никогда не вспоминала тот день, когда ее мимолетный поворот головы по время службы перепахал всю жизнь юноши по имени Франческо.
Не зная как описать высокое чувство, мгновенно и прочно овладевшее им, Петрарка подумал, что влюбился. Какое ещё чувство кроме любви может поражать мгновенно, глубоко и несомненно?… Спустя некоторое время он пришел на исповедь, потому что соединиться с Лаурой не мог, его ангел, его личная Мадонна не была свободна. Падре выслушал сбивчивый рассказ и ответил словами из книги Откровения: «Знаю твои дела и любовь, и служение, и веру, и терпение твое, и то, что последние дела твои больше первых» [Откр. 2:19]. «Иди, сын мой, - добавил он, - ищи любовь небесную, ибо она длится дольше любви земной, сияет ярче и пребудет во славе во имя Господа».
Вплоть до 1356 года Петрарка ежегодно будет отмечать годовщину встречи с Лаурой написанием сонета. После смерти Лауры он воспевал её ещё 10 лет.
— Сонет LXI —
Благословляю день, минуту,
И время года, месяц, год,
И место, и придел чудесный тот,
Где светлый взгляд обрек меня неволе.
Благословляю сладость первой боли,
И стрел целенаправленный полет,
И лук, что эти стрелы в сердце шлет,
Искусного стрелка послушен воле.
Благословляю имя из имен
И голос мой, дрожавший от волненья,
Когда к любимой обращался он.
Благословляю все мои творенья
Во славу ей, и каждый вздох, и стон,
И помыслы мои – её владенья.
(Перевод Е.М. Солоновича)