⭐⭐⭐⭐
(Рейтинг: 4 из 5)
Саксофонист, композитор и педагог Диего Ривера — полный тезка выдающегося мексиканского художника ХХ века. Родился он уже в США, но его родители перебрались в Штаты именно из Мексики и именно в честь знаменитого земляка назвали своего сына. Только область творчества он выбрал иную. На профессиональной сцене Диего Ривера появился на рубеже веков. Он много работал в различных биг-бэндах, выступал с Куртом Эллингом, Крисченом Макбрайдом, Уиклифом Гордоном и другими известными джазовыми музыкантами. Первый альбом под своим именем Ривера выпустил в 2006 году, а самым успешным его диском стал «Indigenous», изданный в 2021 году и добравшийся до седьмого места в чартах JazzWeek.
«Mestizo» — новая работа саксофониста, следующая за удачным предшественником. Разумеется, Диего Ривера непрочь повторить и развить успех «Indigenous» с «Mestizo», и определенные основания для таких надежд есть. Чаще всего Ривера работает в формате квартета, но этот альбом записывали пятеро музыкантов. Наших читателей в составе этого квинтета несомненно привлекут два имени — Алекс Сипягин и Борис Козлов. Трубач Сипягин и басист Козлов — старожилы российской джазовой диаспоры в Штатах, оба сделали на родине джаза успешную карьеру, оба востребованы во многих проектах. Мне частенько доводилось слушать их работы в разных составах, причем не раз они играли вместе, например, в проектах другого российского американца, пианиста Миши Цыганова. А вот два других участника этой записи, пианист Арт Хирахара (тоже американец по рождению, но японец по происхождению) и ударник Руди Ройстон, — лично мне малознакомы, обоих я слышал редко, может быть, раз или два. Что ж, тем интереснее знакомиться с этим альбомом, где формат позволяет «расслышать» каждого в деталях.
Было бы странно, если бы латиноамериканское происхождение Риверы не сказалось на его музыке. Ведь даже название своему новому альбому Диего дал «говорящее»: «mestizo» по-испански означает что-то вроде «метис, полукровка». И в музыке здесь присутствуют как современный вариант хард-бопа, так и латинский джаз. В принципе, такая смесь не нова. Дело в ее пропорциях и в индивидуальности составителя. На альбоме Риверы, где его собственные композиции соседствуют с каверами, есть пьесы, где «латина» практически неощутима: например, энергичная стартовая «Battle Fatigue» или баллада «Teru» Уэйна Шортера. Но больше композиций, где именно латинская природа композиторского мышления музыканта берет верх, — это и титульная пьеса, и «Bracero» с эффектной перкуссией, и величавая, медленная «Canción De Cuna», и, возможно, самые интересные, на мой взгляд, композиции в этой программе — «Rasquache» и «La Raza Cósmica».
Если говорить о Ривере как саксофонисте, то, думается, кавер пьесы Шортера появился в программе неслучайно. В манере игры лидера квинтета, в звучании его тенор-саксофона есть нечто шортеровское. Звук много солирующего Диего красив, сочен, но на «передней линии» у него тут есть и достойный партнер. Сипягин играет как всегда, то есть очень достойно. В качестве примера выделю его работу в композиции «The Rose Window». Открылся для меня в этом проекте и Хирахара, весьма уверенно подкрепляющий игру фронтменов фортепианными пассажами. Вообще, ритм-группа работает вполне на уровне своих задач: и для Козлова, и для Ройстона латинский джаз вовсе не terra incognita.
Однако в целом «Mestizo» для меня откровением не стал. Альбом Диего Риверы, крепкий, продуманный, сыгранный профессионалами высокого класса, достаточно традиционен в рамках избранной лидером стилистики. Слушается он с интересом, но желания возвращаться к этой музыке еще и еще раз, увы, не вызвал.
Cлушать на Spotify | Apple Music | YouTube Music