Большие старинные часы, в зале, пробили два удара. «Прекрасно! Прервусь на час и пойду посмотрю звёзды. Пусть мои герои пока пообщаются без меня. А я просто побуду в одиночестве».
Антон медленно встал из-за стола, глаза уже болели от компьютера, спина совсем занемела. «А Ольга пойдёт? Не спит? Сейчас узнаем». Приоткрыл дверь спальни и просунул голову. Настольная лампа горела, освещая эскиз картины. Жена спала на диване.
Он вернулся, подошёл к книжному шкафу и, по привычке, еле погладил бюст великого Чехова. Молодого, красивого, с пробором густых волос.
Бюст был привезён им из Ялты, после одного из последних Чеховских фестивалей. И, как уверял, старик-антиквар в лавке на набережной, был прижизненным ликом самого писателя. Хорошо, пусть так и будет.
Антон тихо позвал двух любимых такс Брома и Хину и легко открыл входную дверь. Маленькие друзья сразу «выкатились» на широкое крыльцо и «пересчитав» все ступеньки растворились в мгле сада. Тишина.
Лёгкий ветерок. Шуршание веток. И волнующий запах майского цветения. «Вот также, наверное, и Антон Павлович любил вечерние прогулки по своему участку. Думал о персонажах или мастерски выстраивал сюжеты своих шедевров».
Он шёл медленно, размышляя о человеке и писателе, который стал делом всей жизни. Нет, он не был литературным критиком или театральным режиссёром. Он был Писателем.
Или, как часто называл, себя сам – Автор. «Слово какое хорошее. Мне кажется, с него, начинается всё самое настоящее в этой жизни. Я – Автор: мыслей, дел, поступков, слов!».
Антон гордился, что носит такое же имя как великий классик нашей литературы. Он вышел на берег. По тёмному руслу реки тянулись корабли, как гирлянды, освещая себе путь, палубными огнями.
А вот и беседка. «Как хорошо здесь думается в темноте, глядя на сияющий мост. Последний рывок - для окончания труда всей жизни». Вошёл и присел.
«Антон Павлович! Родной и любимый. Наконец, сейчас мне удалось выплеснуть всю свою любовь-страсть к Вам. Как к Великому Писателю и Великому Человеку.
Десять лет жизни, изо дня в день, были отданы этому удивительному и светлому творчеству. Десять лет я разговаривал с Вами во сне и наяву. И, с другими людьми, которые Вам были дороги и близки. Десять лет, в душе, жила вся самобытная жизнь конца уже ушедшего ХIХ века».
Антон улыбнулся: «С моими книгами о Вас, я, точно сам полностью прожил все, такие быстрые, две «четвёрки» короткой, но великой жизни». Он откинулся на спинку скамьи и блаженно закрыл глаза. Это - Счастье!
И, сразу почувствовал тепло любимых пёсиков, которые тихо примостились с обеих сторон. «Даже понимаю всю вашу привязанность к симпатичным таксам. Они как мы - люди. Всё понимают и сопереживают. Собаки-души!».
Время - всё расставило по своим местам. Роман «Дорогой, Антон Павлович!» просто взорвал весь книжный мир. России, Европы, Америки.
Пьеса «Ах, эти антоновки!» была поставлена на лучших площадках обеих столиц. Аудиокнига «А я люблю - сквозь годы и вёрсты», вся записанная лучшими артистами России, стала звёздной визиткой Чеховского фестиваля.
И лучшим подарком - для всех почитателей благородного гения нашей земли. А Ольга тогда, в самый триумфальный миг, спросила: «Скажи, любимый, ты понял ради чего жил?». Антон, обнял её, и прошептал: «Да, любимая, всё это – моя миссия на земле!».
