Жила-была старушка, Евдокия Даниловна Горюнова. Все называли её просто – Даниловной.
Под старости лет осталась она одна, но нельзя сказать, что была никому не нужна.
До пенсии работала Даниловна маляром в РСУ, где от организации получила свою квартиру.
Бережливость присуща старикам.
Жила Даниловна крайне скромно и экономно.
Питалась как птичка: варёной крупой на воде, лапшичкой, да подкрашенным чаем, который разводила на несколько раз, и добавляла соды – чтобы цвет казался темнее.
Даниловна сетовала, что у неё очень маленькая пенсия, и что она кое-как сводит концы с концами.
Бывало, она и с протянутой рукой стояла у церкви.
У многих соседей Даниловны были дачные участки. Нередко они снабжали её картошкой или кабачками.
Та принимала помощь с большим трепетом, глаза её тут же наполнялись слезами.
Соседи приносили Даниловне не только дачные дары, но, бывало, и вещи.
Чаще всех в судьбе старушки принимала участие дальняя родственница, Таня. Знала, что дочь Даниловны живёт за границей, а дед умер. Помочь больше некому.
– Танечка, пенсия-то маленькая, – жаловалась она. – Ни на что не хватает! Впроголодь живу...
– А что вам принести? Давайте, куплю, – говорила Таня.
– Порошок стиральный нужен… Кефира пачка... До магазина не дойду, ноги всю ночь болели… Только, дорогое ничего не покупай! – просила старушка.
– Сейчас, пыль с мебели протру, и схожу.
– Ничего руками не трогай, Таня! Вазы и статуэтки сбоку тряпкой обходи. Это всё мне дорого...
Таня со временем привыкла к причудам Даниловны.
Ну, любит она свои давнишние приобретения, которые сейчас ценности-то никакой не представляют... если только, на блошином рынке.
Бывает!
...Таня покупала всё необходимое на скупо выданные Даниловной деньги. Их, как правило, не хватало, и Таня молча добавляла свои.
Один раз Таня приболела и долгое время не могла ездить к Даниловне. Видимо, и соседи в это время забыли о ней.
За это время бабушка похудела и осунулась.
– Может быть, покушаете? Давайте, разогрею?
– Не переживай! Я лапшички себе запарю…
Таня заглянула в холодильник, и ужаснулась: на полке одиноко стоял уксус, настойка боярышника и растительное масло. Всё!
Такой нищеты она даже в уме прикинуть не могла! Бабушка же ходячая, почему не ходила в магазин? Видимо, уже деменция началась и мозги уже не те...
С того момента Таня решила взяться за бабушку плотно.
...Даниловна сейчас сидела на незастеленной кровати, и зорко наблюдала за перемещениями Тани по дому.
– Бабуля, ну почему вы не покупали продуктов? Ничего не ели? Денег не было?– сокрушалась Таня.
– На "чёрный день", конечно, припасено немного...
– Но зачем же оставлять на "потом", живите сейчас, ешьте фрукты! Творожок! Мяско! Вы похудели, пока я болела!
– Это вы одним днём живёте, молодые. А мы, старое поколение, можем затянуть пояса, и тратить на себя меньше! Что нам надо? Мало, что!
– Разве ж так можно? Кушать нужно хорошо, а то иммунитета не будет! За здоровьем следите, и это не просто слова. Косточки у бабушек истончаются, ломкие становятся!
– Да на что мне творог? Зубов всё равно нет, а новые не отрастут. Памяти тоже нет, зачем на витамины тратиться? Что я от этого, поумнею? – объяснила свою позицию Даниловна.
– Ну, хоть таблетки от давления вы принимаете?
– Знаешь, какие нынче лекарства дорогие? В том месяце допила упаковку и всё.
Таня была в ужасе от рассуждений старушки. Случай показательный: ей никто ничего месяц не приносил, вот она ручки и сложила!
Таня отвлеклась от своих мыслей, и тут внезапно рассмотрела, на какой грязной постели сидит родственница.
– Ой, а давайте вам постелем чистое бельё? – предложила Таня. – Где простыни и наволочки лежат?
– Нет! – испугалась Даниловна. – Я сама! Сама! Не вздумай подходить!
– Ну, можно хоть матрас поправить? Он весь буграми какими-то пошёл...
– Не тронь матрас! Он мне очень... это дорогой матрас!
– Да ладно, ладно, не буду... – сдалась Таня.
Не старушка, а недотрога какая-то: тут не тронь, здесь не тронь...
...Вечером бабуле стало плохо, давление подскочило.
А что она хотела? Если бросить пить таблетки и ничего не есть, это вполне закономерный исход!
Таня вызвала «Скорую».
Приехала бригада, и предложила старушку госпитализировать, чтобы она побыла под наблюдением.
Таня собрала Даниловну в больницу.
– Что же у вас бабушка в такой ужасной постели спит? – укорили врачи.
– Не поверите. Я её дальняя родня, помогаю иногда. Она мне НЕ разрешает ничего трогать! Даже статуэтки... Я не имею на неё никакого влияния!
Медики сочувственно посмотрели на Таню. И посоветовали хотя бы уговорить бабулю матрас ей сменить...
...Бабушку подлечили и выписали.
Пока ехали в машине, Таня завела разговор, что врачи рекомендовали сменить матрас, и они с мужем уже...
Бабуля, не дослушав, схватилась за сердце.
– ... что вы сделали? Выбросили мой любимый матрас? Куда? – Даниловна начала синеть.
Таня перепугалась не на шутку!
–Да мы только присмотрели вам матрас...
– А мой не выкинули? Точно? – кричала старушка. Она начала задыхаться.
– Да как мы можем без вашего ведома что-то выбросить?
– Не выкинули? – заклинило Даниловну.
– Да нет же! – начала злиться Таня. Она уже пожалела о сказанном! Вечно ей больше всех надо! Надо позвонить Катьке за границу, пусть сама к своей маме летит, а то хорошо устроилась!
– ...вот и не троньте мои вещи! И не приходите ко мне, – категорично заявила Даниловна.
Катька так и не прилетела.
Матрас не удалось поменять до самой смерти Даниловны.
Она запретила.
И вопрос больше не поднимался.
Таня всё равно приезжала помогать, из жалости.
А когда Даниловна умерла, Таня с мужем поняли причину такой привязанности к спальному месту...
Матрас оказался полон денег.
Купюры были разного достоинства.
Часть их истёрлась, истлела, выцвела.
Но, были деньги и в хорошем состоянии, из недавних выпусков. Тысячные и даже пятитысячные купюры.
Бабушка всю жизнь копила средства, во всём себе отказывая.
Умерла она в нищете на матрасе, набитом деньгами.
Друзья, пишите комментарии, высказывайте мнение о рассказе.
Рассказ об ещё одной старушке здесь
А я буду радовать Вас дальше!