Был год где-то 2010-2012. Санкт-Петербург.
В нашу Северную столицу прибыли иностранные военные корабли в целях обмена опыта или дружественный визит, мы уже точно не помним.
Наш переводчик был направлен на обеспечение переговоров между русскими и иностранными моряками.
Переводчик подготовился к мероприятию, изучил основные военно-морские термины, тем более сам был яхтсменом и хорошо разбирался в морской тематике. Поэтому, ничего не предвещало беды.
Начало мероприятия для переводчика прошло обычно: обмен приветствиями, дружба народов, мир во всем мире и «в то время, как наши боевые корабли бороздят просторы мирового океана» и т.п. В переводе официальных разговоров на профессиональные темы также переводчик не испытывал особого труда: эсминцы, фрегаты, главный калибр, вспомогательный калибр, кабельтовы, правый борт, левый борт, торпеды, перископы и т.п.
Официальная часть закончилась, и настал черёд неофициальной части. Адмиралы ушли с подмостков и в общение вступили обычные моряки с обычных флотских экипажей.
Переводчик много видал на своем веку и был готов ко всему и к любому, но не к старшему мичману одного из наших эсминцев, который на вопрос: «Расскажите о быте матросов, как у Вас проходит обычный распорядок дня для личного состава», выдал примерно такую фразу:
-Жизнь у нам проходит молодцевато, не скучно! Караси с самых первых дней изучают азы военно-морской службы, то есть циклюют палубу в кубриках осколками битого стекла до предродового состояния основателя Битлз и всех ваших Микелланджелей! Иначе, не видать карасям чумичек, как бакланам РЛС на «Кузе». После обеда у нас сампо. Годки, конечно, пытаются шхериться на шкентеле, но мы их выковыриваем расфальцовкой всех их природных отверстий и таким образом достигаем высоких показателей в боевой и политической подготовке.
Жилищные условия для личного состава у нас на высоте. Все кубрики оборудованы вертолетами, в каждом гальюне- Лувр. Все люмики выходят на траверз траектории захода солнца, что не может не радовать выпуклый военно-морской глаз каждого члена экипажа.
Вся служба у нас открыта для представителей родственников матросов и средств массовой информации в установленных приказами нормах. Поэтому, каждый моряк у нас излучает счастье и желание жить на железе до тех пор, пока Родина будет звать!
Перед переводчиком встала задача перевести это послание мичмана морякам иностранного флота.
Потом мы уже выяснили и составили краткий военно-морской глоссарий русского флота, который составили с помощью других моряков, где:
«карась» - матрос срочной службы, первогодка;
«циклевать палубу осколками битого стекла» - в самом деле, тогда на флоте разбивали стекла и осколками соскабливали с деревянного пола верхний слой, чтоб паркет выглядел как новый.;
«чумичка» - это, оказывается, поварешка на русском флоте;
«годки» - старослужащие матросы-срочники;
«Кузя» - это наш авианесущий крейсер «Адмирал Кузнецов»;
«шхериться» - прятаться;
«шкентель» - задние ряды парт в классном поещении;
«расфальцовка» - дисциплинарное наказание;
«кубрики оборудованы вертолетами» - в жилом помещении стоят двуярусные кровати;
«в каждом гальюне Лувр» - все туалеты вычищены до блеска;
«люмики» - окна в помещении;
Переводчик после этого мероприятия неделю отказывался выходить на работу и просил отправить его на курсы повышения квалификации…
А закончилась работа переводчика тем, что мичман объявил, что ему не нужен переводчик, достал из кармана смятую бумажку, видать, заготовленную заранее, встал и торжественно зачитал:
-Диар нэви френдс! Ауер шипс вилл невер опен файе он ич азер! Летс дринк!