Представьте.
23 февраля русские танки входят не в Украину, а в Минск, освобождают безропотный свободолюбивый белорусский народ от власти диктатора, дети лезут на ручки солдатам, женщины плачут от счастья. Достаточно было чуточку направо повернуть по дороге, ну.
По всему миру белорусы бегут покупать русским Stoli, украинцы нам наливают борща во всех ресторанах от Токио до Лиссабона и обратно, на всей планете свободно журчит русская речь.
Американские каналы удивленно отмечают невиданный подъем братской любви славянских народов — это становится мемом и интернет-феноменом для планеты, изголодавшейся по чему-то монументально человеческому и теплому за все это ковидное локдаун-подполье — невиданное дело, новая конфигурация в постколониальном мире с разлинованными кем попало границами, когда один народ решает помочь братьям в пресечении настолько вопиющей несправедливости, даже не ради нашей и вашей свободы, а ради наших и ваших детей.
Мир дружно снимает санкции с Беларуси, проходит комиссия по примирению в Минске, круглосуточный онлайн — беларусы находят в себе великодушие простить своих палачей в обмен на амнистию. Весь белорусский хайтек снова открывает свои отделения по всей стране, цепной реакцией это раскидывается и по остальным братским странам, в какой-то момент катарсиса до нас доходит, что это в общем-то и нужно было сделать давным давно: скинуть это звериное советское тоталитарное ярмо с себя, чтобы наконец перестать бояться и начать снова жить.
Путин окончательно запечатывает себя в папку с историей, как ему всегда и хотелось, как освободитель всех славян и уходит из спорта на пике. Происходит бархатный транзит власти, Нобелевская премия и так далее — поскольку живому божеству по версиям всех лиг уже как-то мелочно заниматься политикой, достаточно кабинетов и протоколов, можно уже и пожить для себя.
Текст не мой.